Как отмечают эксперты, вступивший 31 июля в силу Федеральный закон от 01.05.2019 г. № 76-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части особенностей изменения условий кредитного договора, договора займа, которые заключены с заемщиком физическим лицом в целях, не связанных с осуществлением им предпринимательской деятельности, и обязательства заемщика по которым обеспечены ипотекой, по требованию заемщика» не только претендует на место в отечественном ТОПе законов с самым длинным названием. Несмотря на довольно узкий сегмент законодательного регулирования, который охватывает заработавший в последний месяц июля нормативный правовой акт, закон может довольно существенно поменять правила игры на рынке недвижимости…и даже иметь далеко идущие политические последствия.

Прошедшее 13 февраля 2019 года в Совете Федерации Федерального Собрания Российской Федерации очередное заседание верхней палаты самим сенаторам и освещающим их деятельность журналистам особенно запомнилось прошедшим в его рамках «Правительственным часом». Чтобы рассказать представителям регионов о  состоянии и перспективах развития гражданского законодательства в здание на Большой Дмитровке приехали министр юстиции Российской Федерации Александр Коновалов и его заместитель  Денис Новак. Предельно насыщенное выступление главы российской юстиции было посвящено вопросам модернизации отечественного правового поля в рамках предпринимаемых правительством усилий, направленных на облегчение условий для предпринимательской деятельности, ликвидации той самой пресловутой регуляторной гильотины, которая в последнее время стала просто притчей во языцех на всех этажах федеральной власти и бизнес-сообщества. Затронул министр и вопросы поворота законодательства в сторону интересов простого гражданина.

Так, член Комитета Совета Федерации по экономической политике, представитель в Совете Федерации исполнительного органа государственной власти Амурской области Ивана Абрамов спросил главу Минюста о планах ведомства по расширению нотариальных форм сделок с недвижимым имуществом. Отвечая на него, министр Коновалов рассказал о том, что в недрах министерства уже не первый год планируются такие шаги.  По мнению главы ведомства, «во всех странах, где используется концепция так называемого латинского нотариата, участие в удостоверении сделок с недвижимым имуществом является одним из столпов не только существования самой нотариальной корпорации, но и в целом безопасности, юридической безопасности страны». Глава регулятора выразил убежденность в том, что существующая ситуация, когда совершение сделок и контроль за совершением сделок с недвижимым имуществом фактически отданы в компетенцию регистраторов, безусловно, обеспечила удобство гражданам, это стало более компактным, более простым, более дешевым. Есть, однако, и оборотная сторона медали. «Кстати, только на первый взгляд дешевым, потому что маржу риелторов никто еще пока не исключал как реальное явление нашей жизни. И, к сожалению, она продолжает существовать и дополняет ставку, которая действительно очень маленькая, доступная всем без исключения гражданам России, за регистрацию сделок с недвижимым имуществом», –  добавил министр.

Обращают на себя внимание приведенные министром данные, согласно которым от 5 до 7 процентов сделок с недвижимостью каждый год несет в себе какие-то пороки законности. Министр обратил внимание участников заседания, что это только официальная статистика, а по неофициальной, скорее всего, эта цифра в разы больше. Сделка, которая не прошла изучение с точки зрения своей юридической безопасности нотариусом и которая дальше зарегистрирована органами, регистрирующими эти сделки и переход права на недвижимость, по сути, во многом теряет возможность для пересмотра, потому что целый ряд доказательственных фактов, которые должны быть представлены суду, для того чтобы эту сделку каким-то образом опровергнуть, признать ее недействительной (если для этого действительно есть основания), просто эта доказательственная база не может быть собрана, если сделка не была изучена нотариусом на определенной стадии, – полагает в этой связи министр Коновалов. «Это самый главный для нас аргумент, который нужно, на наш взгляд, отстаивать и использовать, рассуждая о расширении компетенции нотариуса в сфере удостоверения сделок», –  подчеркнул глава юридического ведомства с трибуны СовФеда.

Министр констатировал, что за последние годы в этом направлении было сделано несколько важных шагов вперед. Так, целый ряд категорий сделок, в том числе сделок с несовершеннолетними подопечными, сделок с долями в общей собственности и еще целый ряд сделок действительно стали подлежать обязательному нотариальному удостоверению. А.В.Коновалов высказался за гораздо более широкое («если не говорить вообще о повсеместном») участие нотариусов в совершении сделок с недвижимостью, которое может быть одновременно и удобным для граждан, то есть никак не будет обременять их дополнительно по сравнению с существующим сегодня в МФЦ порядком, ну и, самое главное, не должно стать для них дополнительным экономическим обременением. По мнению главы ведомства, во-первых, это может быть решено за счет введения целого ряда льготных тарифов по таким сделкам, а во-вторых, нужно просто правильно все посчитать и понять, что в конечном счете услуги нотариуса удешевят эту процедуру, потому что будет устранена значительная доля – бо́льшая часть услуг тех лиц с их недобросовестностью, которые берут за это очень серьезные деньги, в первую очередь риелторов.

Если с учетом такого комплиментарного для всего нотариального сообщества выступления министра юстиции в Совете Федерации некоторые нотариусы и приготовились к увеличению спроса на их услуги и, как следствие, росту доходов уже в текущем финансовом году, то, по всей видимости, они немного поторопились. Подписанный президентом 1 мая Федеральный закон № 76-ФЗ «О внесении изменений…» в своей статье 5 прямо исключил из нотариального ведения сделки по отчуждению или договору ипотеки долей в праве общей собственности на недвижимое имущество, по которым осуществляется отчуждение или ипотека всеми участниками долевой собственности своих долей по одной сделке. Тем же законом из под обязательной нотариальной «опеки» выпали сделки, связанные с имуществом, составляющим паевой инвестиционный фонд или приобретаемым для включения в состав паевого инвестиционного фонда, сделки по отчуждению земельных долей, сделки по отчуждению и приобретению долей в праве общей собственности на недвижимое имущество при заключении договора, предусматривающего переход права собственности на жилое помещение в Москве. Вдобавок «вольную» также получили договоры об ипотеке долей в праве общей собственности на недвижимое имущество, заключаемые с кредитными организациями. Переводя сухие строки закона на язык практики, можно сказать, что федеральный законодатель вырвал из рук нотариусов довольно значительный кусок безальтернативной нотариальной компетенции и соответствующих доходов.

Конечно, «Закон с длинным названием» не приведет российский нотариат к неминуемому банкротству в ближайшие годы. Однако,  оцениваемый почти в миллиард долларов ежегодный оборот отечественной нотариальной корпорации все же потеряет часть своей приходной части. При этом гораздо важнее, что эксперты рынка юридических услуг уже начали говорить о скрытых причинах появления этого закона. Действительно, такой очевидный противоход, когда федеральный Минюст стоит за расширение роли нотариуса в экономической жизни и гражданском обороте, а нотариусы волей федерального законодателя и при поддержке Администрации Президента претерпевают весьма существенное «поражение в правах» явно означает многое.

Во-первых, на наш взгляд, это определенная «черная метка» нынешнему президенту Федеральной и Московской нотариальных палат Константину Корсику, слишком сконцентрировавшему властные полномочия и финансовые потоки российского нотариата в пределах своей команды. Осенью этого года в Московской палате пройдут перевыборы и федеральная власть таким образом, возможно, дает понять, что больше не заинтересована в неизменном сохранении господина Корсика в его двуединой «богочеловеческой природе». Во-вторых,  подписание главой государства закона о ограничении нотариального мандата совпало во времени с проведением экспертами вуза с говорящим названием – Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ  исследования по поводу эффективности и прозрачности финансово-хозяйственной деятельности Федеральной и региональных нотариальных палат. И в результате анализа были обнаружены весьма сомнительные, как полагают обозреватели информационного агентства «Росбалт», схемы распределения финансовых потоков, стекающихся в виде обязательных платежей в центральные органы нотариального сообщества.

А вот в-третьих, речь может идти о начале серьезных, если не тектонических сдвигов в самой системе права. Нарастающая цифровизация экономической жизни, все более востребованный  онлайн формат ее организации, все менее нуждающиеся в специализированных посредниках экономические субъекты – компании, домохозяйства, граждане  предопределяют постепенное, санкционированное государством сужение функционала традиционных правовых институтов, доставшихся современности из экономики, построенной на принципиально иных основаниях. Не случайно, после «Правительственного часа» в Совете Федерации сенаторы говорили министру Коновалову о необходимости провести отдельное мероприятие, посвященное вызовам, связанным с адаптацией законодательства к реалиям цифровой эпохи. Найдут ли себя в ней те же нотариусы, деятельность которых вполне могут заменить роботизированные рабочие станции и технологии блокчейн – это вопрос, который требует обсуждения как на уровне федерального законодателя, так и в самом нотариальном сообществе. Пока же, видимо, нотариальное сообщество больше склонно обсуждать, как президент ФПН и МГНП Константин Корсик  расходует средства нотариального бюджета. Занятие, безусловно, увлекательное. Не пропустить бы только из-за него очередную антинотариальную революцию…