В 2020 году многие предприниматели в России столкнулись с потерей бизнеса. Как начать все с нуля и снова поверить в успех? Предприниматель Олег Аванесов рассказал историю о том, как лишился бизнеса, друзей и здоровья и что помогло ему полностью изменить свою жизнь и открыть новое дело.

– Олег Григорьевич, расскажите, пожалуйста, где вы родились, выросли, какое у вас образование?

– Я родился в Узбекистане, небольшом городе Коканде, в 1952 году. Окончил очень серьезную школу, которая подчинялась напрямую Москве, с двумя четверками – это был лучший результат среди всех учеников. Учителя были очень строгие, и кто у нас учился на тройки, в других школах мог спокойно получать четверки-пятерки. Поэтому я получил хорошие знания и постоянно выступал на олимпиадах, причем разного плана – и по химии, и по физике, по математике и по литературе. Был даже избран президентом Малой академии наук города Коканда. В то же время я много занимался спортом, в детстве играл в футбол в ДЮСШ – детской спортивно-юношеской школе.

После школы я поступил в Ташкентский институт инженеров железнодорожного транспорта. Правда, сначала я хотел учиться в Москве в МИФИ и в десятом классе готовился по специальной программе, чтобы поступить туда на факультет автоматики и электроники. Сдавал вступительные экзамены, но решил, что не пройду по конкурсу – у меня было две четверки, и улетел в Ташкент.

В итоге я окончил Ташкентский институт инженеров железнодорожного транспорта, факультет промышленного и гражданского строительства, отслужил в армии. Со второго курса я перешел на вечернее отделение, потому что грамотные люди подсказали, что пока я не освоюсь в строительной специальности, никогда не смогу быть хорошим руководителем. Я так и поступил – стал работать в «Главташкентстрое» и «Высоцстрое», одновременно с учебой я осваивал все специальности – и плотника, и каменщика, и штукатура, и маляра. Таким образом я стал мастером еще до окончания института. Затем дорос до прораба, потом стал старшим прорабом, начальником участка, потом начальником строительного управления. В 38 лет я работал заместителем управляющего строительным трестом «Высоцстрой». Построил много важных объектов в Ташкенте: гостиницу «Узбекистан», телевышку, здание цирка.

– Как и когда вы переехали в Россию? С какими сложностями вы столкнулись в Москве?

– Я переехал в Россию после распада Советского Союза. В 1989 году из Узбекистана изгнали турок-месхетинцев и жить в Ташкенте стало некомфортно. Поэтому в 1991 году я решил переехать в Россию, к которой всегда тяготел. Сначала я поселился в Новороссийске, работал там в 90-х годах, занимался строительством, пытался наладить импорт фруктов с Кипра и из Греции – не очень удачно. В нулевых переехал в Москву и продолжил работать в строительстве.

В 2003-2009 годах мы с партнерами построили 14 зданий: торговые центры, павильоны, гостиницу, два больших ресторана. Они были расположены на полосе отвода железных дорог, рядом со станциями электричек, но на государственной земле, которая принадлежала Росимуществу. Шесть объектов были в нашей собственности – их сдавали в аренду.

Ничто не предвещало никаких сложностей. Префект Северного административного округа города Москвы дал нам возможность строить на законных основаниях, все документы были в порядке, наши здания соответствовали всем нормативам. Но в 2009 году Росимущество внезапно заключило договор с РЖД, которая обязала всех собственников объектов на этой земле участвовать в тендерах по аренде. Нам пообещали, что мы выиграем аукцион, но мы проиграли.

Я нашел хороших юристов, собрал 12 собственников объектов, и мы начали писать во все инстанции, подали в суд на РЖД. Мы нашли поддержку в Госдуме, «Опоре России», прокуратуре. Но тяжбы, которые тянулись с 2009-го по 2016 год, были для нас неудачными. И, хотя все здания, которые мы построили, можно было эксплуатировать, РЖД решила их снести.

Так я потерял практически все, весь бизнес, развелся с женой. Когда ты остаешься в беде, сразу понятно, кто тебе друг. У меня друзей не оказалось, хотя я старался помогать всем, кто меня окружал.

Когда на твоих глазах ломают твое детище, трудно это выдержать. На фоне тяжелейшей стрессовой ситуации появились сердечно-сосудистые и желудочно-кишечные заболевания: гипертония, пароксизмальная тахикардия, которая перешла в мерцательную аритмию, гастрит, дисбактериоз. Появились проблемы с иммунитетом, дошло до того, что я подхватывал каждый вирус, который появлялся в городе. С собой я всегда носил две коробочки лекарств: одну – от сердечно-сосудистых заболеваний, другую – от желудочно-кишечных.

В 2015 году мне назначили операцию в Национальном медицинском исследовательском центре сердечно-сосудистой хирургии имени Бакулева. У меня были очень серьезные приступы стенокардии – пульс внезапно поднимался до 240-250 ударов в минуту. Таких приступов было 10-11 в год. Но буквально за три месяца до операции мне дали совет насчет здоровья, которому я последовал. И сразу почувствовал себя лучше, болезни начали отступать, хотя они, насколько я знаю, считаются неизлечимыми. Мне удалось избежать операции, которая уже была назначена.

У меня остался последний объект в Москве – небольшое двухэтажное здание на Дмитровке, где РЖД позволила работать, пока не начнется какое-нибудь строительство. Но в 2017 году на Пасху этот объект сгорел практически дотла, потому что пожарные приехали только через 45 минут после вызова. Восстанавливать здание было невыгодно, к тому же РЖД могла в любой момент начать строительство. Для меня это было знаком, что пора уходить из строительного бизнеса, которым я занимался всю жизнь. Я решил начать новую, правильную жизнь, поменять мировоззрение. Восстать из пепла, как птица Феникс. И у меня получилось.

Сейчас я занимаюсь бизнесом по производству биодобавки, которую поставляют в страны Евросоюза, США, Великобританию, Казахстан, Киргизию, Узбекистан. В ближайших планах – наращивание выпуска, продвижение нашего продукта.

– 2020 год оказался для многих очень трудным: началась пандемия коронавируса, которая вызвала экономический кризис, ввели ограничения на передвижения людей, многие производства остановились. Как эта ситуация повлияла на ваше дело?

– В первую волну пандемии нам запретили работать. К тому же я старше 65, поэтому было трудновато. Но сейчас уже нет таких серьезных ограничений, как раньше, мы работаем в хорошем ритме, на «удаленку» перевели только бухгалтера и менеджера.

– Насколько сложно сегодня вести бизнес в России?

– Раньше работать было очень сложно – одних только проверяющих организаций насчитывалось около двух десятков. В последние годы стало немного полегче, наше правительство многое сделало для предпринимателей. Людям дали работать спокойно, особенно малому и среднему бизнесу, который сильно подвержен рискам.

– Какой совет вы дали бы тем, кто только начинает бизнес или все потерял и пытается снова встать на ноги?

– Каждый из тех, кто сейчас живет в России, может подняться с нуля. Надо просто проявить силу воли. Никогда нельзя сдаваться, даже если угрожает смертельная опасность. Если у человека есть дух, если он может себя заставить быть сильнее, любой сможет выйти из кризисной ситуации.

Когда мой бизнес был уничтожен, я мог бы просто получать пенсию и пойти работать сторожем. Но я никогда в жизни не позволю себе такого варианта и никому не посоветую выбирать такую жизнь. Я не сдался, и сейчас у меня столько сил, что я чувствую себя совсем молодым. Поэтому я посоветовал бы всем, кто начинает бизнес или попал в трудную ситуацию, никогда не отчаиваться.