Конструктивизм зародился в начале 1930-х годов в СССР как художественная основа для создания того самого «нового мира», о котором граждане страны так мечтали. Сегодня мимо зданий, построенных в то время, проходят, не замечая. Современному горожанину архитектура конструктивизма, взявшая за основу функциональность здания, а не замысловатое украшение, кажется скучной. Однако, чтобы понять этот стиль, нужно обратиться в прошлое и понять дух того времени в целом.

Двадцатый век – век перемен и революций. И дело не только в политике – изменения происходили внутри самого общества. Вслед за техническим прогрессом последовал рост городского населения и образование буржуазии и рабочего класса. В таких условиях художники не могли оставаться в стороне от перемен. Однако новое время диктовало новый язык общения со своим зрителем и слушателем. Говорить на языке академических композиций, дворцовой лепнины или классической живописи было невозможно – этот «акцент» искусства в раннем СССР старались забыть. Нужен был совершенно новый подход, поиском которого начинают заниматься сначала писатели и художники, а после дизайнеры и архитекторы.

Творцы всех направлений больше не пытались возвыситься над своей публикой, дистанцироваться от нее, встать на пьедестал своего таланта. Они начали изучать цвет, форму и композицию как таковые, в их чистом проявлении. Эти поиски быстро вышли за пределы холста и выплеснулись на улицы советских городов, переродившись в конструкции.

Перед архитекторами начала двадцатого века были поставлены новейшие задачи. Города наводнили люди, быт которых необходимо было организовать в соответствии с требованиями ритма жизни – им нужны были новые дома вместо деревянных бараков, новые места для сборов и досуга. Сложность заключалась в том, что денег на благоустройство этой жизни было не так много. Для архитекторов это был настоящий вызов, с которым они блестяще справились.

Главная идея конструктивизма заключается в том, что функциональность стоит выше внешней формы. На первое место при строительстве зданий вышли строгость, простота и лаконичность линий, отсутствие нарочитого декора, стремление вверх. Конструктивисты подвергали будущие строения тщательному анализу, чтобы понять, как сделать их использование в будущем наиболее удобным.

Утилитарные идеи конструктивизма пришлись по вкусу советскому руководству, и этот архитектурный стиль быстро был признан в стране государственным. Это позволило целой плеяде талантливых архитекторов реализовать свои смелые проекты не только по всему Союзу, но и за его границами, продемонстрировать миру новую страницу в современном искусстве градостроения.

Гении архитектурной мысли

В 1920-30-х годах Москва выросла в несколько раз. Город вышел за пределы Камер-Коллежского вала в промышленные окраины и к Окружной железной дороге – эта территория стала «конструктивистским» кольцом столицы, внутри которого строилась Москва эпохи авангарда: фабрики-кухни, рабочие поселки, школы, банно-прачечные комбинаты, больницы и институты.

Один из самых известных столичных памятников конструктивизма – Шуховская башня, построенная по постановлению Владимира Ленина 1919 года для «обеспечения надежной и постоянной связи центра Республики с западными государствами и окраинами». Металлическая, конусообразная, величественная, она должна была превзойти по высоте «бабушку» конструктивистской архитектуры – Эйфелеву башню. Однако реализовать эту смелую идею не хватило материала. Только в 60-х годах к проекту вернулись, добавив Шуховской башне несколько ярусов. Это позволило ей стать самым высоким сооружением Москвы тех лет. Сейчас над ремонтом башни размышляет правительство – прочные железные линии, вдохновившие архитекторов на создание похожих конструкций в Японии, Цюрихе, Либерце, Сиднее и Гуанчжоу, съедены ржавчиной.

Неподалеку от Шуховской башни расположились четыре конструктивистских жилых массива, по которым можно отследить эволюцию градостроительных концепций СССР времен авангарда – от города-сада до строчной застройки. Однако особое место в ряду исторических с точки зрения архитектуры зданий занимает экспериментальный Хавско-Шаболовский квартал. Он стоит под углом в 45 градусов к остальным зданиям и разделен зеленой аллеей. Фасады домов внутри массива отсылали к «супрематическим» композициям из пятен красного кирпича, серого бетона и белой штукатурки. Это был настоящий маленький конструктивистский мирок в большом городе – со своим общественным центром, клубом, столовой, яслями, ЗАГСом и библиотекой.

Среди москвичей были как поклонники, так и противники конструктивистской застройки. Больше всего критики досталось Дому культуры имени Русакова – за необычный внешний вид его называли «безобразной бетонной опухолью» на теле столицы. Здание разделено на три амфитеатра, вынесенных на фасад в виде нависающих со стороны улицы консолей. Проект задумывался как трансформер – при помощи опускающихся стен амфитеатры могли отсоединяться от зала и служить отдельными аудиториями для собраний. Это должно было стать интересной находкой, но стало причиной для травли архитектора Константина Мельникова. Его детище раскритиковали за опасность разрушения, плохую акустику внутри и большое количество театральных помещений (остальные функции клуба, говорили критики, при этом ущемлялись). В итоге Мельников перестал получать крупные заказы на строительство и фактически был отлучен от профессии.

Более благосклонно относились к архитекторам-новаторам на Урале. Самой мощной точкой притяжения для них стал Свердловск, ныне – Екатеринбург.

Градостроительный ансамбль "Городок чекистов" Фото: Википедия

Центр города буквально утопает в наследии конструктивизма. Здесь был построен комплекс зданий «жилой комбинат НКВД», который в народе прозвали просто – «Городок чекистов». В его рамках были отстроены жилые здания, учреждения культуры, больницы и детские сады. Отличала квартиры жителей «Городка» одна интересная деталь – отсутствие кухонь и ванных комнат. Это связано с тем, что по заветам коллективизации советский человек должен был мыться в общественных банях, а обедать в фабрике-кухне (общепит тех времен). Архитектурный столп «Городка чекистов» – выполненная в форме полукруга гостиница «Исеть» – бывшее общежитие гостиничного типа. Если посмотреть на нее сверху, то можно угадать в очертаниях здания серп, а в Доме культуры имени Серго Орджоникидзе по соседству (сейчас – корпус Уральского краеведческого музея) – молот.

Клуб строителей Фото: macrotkani/flickr.com

Прямо напротив «Городка чекистов» расположен еще один памятник свердловского конструктивизма – Клуб строителей. Здание делится на две части: зрелищную (актовый зал) во внутренней части двора и клубную – она размещена в двух вытянутых помещениях. Открытые балконы, широкие лестницы, переходы и фасад здания в наши дни скрыты за наружной рекламой. Сейчас этот памятник существует в качестве торгового комплекса.

Если направиться от «Городка» и Клуба строителей в сторону исторического центра, то можно познакомиться с одной из самых старых типографий на Урале. Здание «Уральского рабочего» было построено в 1926 году по проекту Георгия Голубева, который позже занял пост главного архитектора города.

Дом Печати. Пр. Ленина, 49. Фото: архитектора Стрекопытова Ю.А.

Закругленный фасад, ленточные окна по всей длине стен, лестничные клетки в отдельных стеклянных «стаканах» – эти особенности станут впоследствии классическими для стиля конструктивизма. Однако при строительстве архитектор опирался на холодный расчет – в типографских цехах было необходимо хорошее освещение в течение всего дня. С годами журналисты и верстальщики покинули «Дом печати», но здание не опустело. В его помещениях располагаются кафе, рестораны, большой книжный магазин и ночной клуб.

Белая Башня — один из неофициальных символов Уралмаша. Долгое время была заброшена, сейчас ведутся работы по восстановлению Фото: Борис Сырников

Постройка, называемая жемчужиной конструктивизма, находится вдали от центра города. Белая башня была создана 24-летним Моисеем Рейшером в 1929 году – это первая железобетонная конструкция на Урале, она построена в форме водонапорной башни и с помощью передовой на тот момент технологии электросварки. Сам бак для воды был на момент строительства самым большим в мире и использовался по назначению вплоть до 60-х годов. Позже величественная конструкция, призванная притягивать к себе жителей района, начала дряхлеть. Городские власти и энтузиасты-архитекторы до сих пор думают, как вернуть Белую Башню к жизни, что разместить внутри нее. А пока памятник уральского конструктивизма стоит пустым, постепенно разрушаясь под воздействием природы и вандалов. Лишь иногда в Башне проводятся экскурсии.

Вдохновение для всего мира

За границей тренд на функциональную архитектуру тоже получил отклик в сердцах архитекторов. В 1919 году Вальтер Гропиус основал в Германии Высшую школу строительства и формообразования «Баухауз». Мастера этой школы, рассредотачиваясь после обучения по всему миру, следовали одной формуле: что утилитарно и удобно – то и красиво.

Вилла Тугендхат Фото: Losko.ru

На базе этой идеи – создание домов без лишнего декора и ненужных конструкций – начали возводиться новые здания. Одно из них – Вилла Тугендхат в Чехии, внесенная ЮНЕСКО в список всемирного наследия. Железный каркас, используемый архитектором, позволил обойтись без поддерживающих стен и тем самым создать внутри здания ощущение объема и света. На вилле не было никаких произведений живописи, и эффект декоративности помещения создавался лишь за счет материалов с природной текстурой – таких как оникс и некоторые виды древесины.

Еще один известный пример архитектуры функционального стиля находится в Латвии. После Первой мировой войны страна была вынуждена перейти на более практичное направление в архитектуре, и недорогой конструктивизм пришелся как никогда кстати. Чтобы сэкономить деньги, было решено не строить с нуля, а реорганизовать старые пространства. И тогда военные ангары для дирижаблей по мановению руки архитекторов превратились в центральный рынок страны, который работает до сих пор. Как и надеялись власти, такие необычные конструкции привлекли внимание туристов. Павильоны центрального рынка Риги до сих пор считаются уникальным в своем роде памятником той эпохи.

Поиск собственной идентичности в архитектуре шел и в Литве. Крупная компания по переработке молока Pienocentras в 1931 году инициировала строительство в Каунасе многофункционального центра. В бетонном здании с большими окнами и скругленным углом можно узнать черты уральского конструктивизма. Строение использовалось на полную мощность – на первом этаже располагались магазин компании и ее столовая, на втором – парикмахерская, на третьем – офисные помещения, а этажом выше – жилые квартиры.

Век конструктивизма был недолог. За рубежом этот архитектурный стиль быстро переродился в новые формы утилитарного строительства, а в СССР прожил полной жизнью менее десяти лет. Современная архитектура в стране возникла в начале 1920-х годов, а к 1932-му была уже уничтожена по воле правительства. Ее заменил сталинский ампир – более «тяжелый» стиль, тяготеющий к неоклассицизму, но имевший и элементы ар-деко, эклектики и функционализма. СССР встал на путь монументальной ансамблевой застройки сталианса.

Многие архитекторы смогли перестроиться, но были и те, кто не нашел себя в новом градостроительном течении, лишенном легкости и футуристической мечтательности конструктивизма. Лишь в 60-х годах они смогли вернуться к любимым формам, когда постройки в стиле авангард снова наводнили территорию СССР. А вот их детища, на заре века восхищавшие своей смелостью и новым духом, оказались забыты и зачастую заброшены. Но если история идет по спирали – а именно в это верят многие ученые – рано или поздно мода на конструктивизм вернется. И рядом с памятниками этого свободного и чистого стиля встанут новые архитектурные ансамбли, величавые в своей смелой лаконичности.

Фото на превью: Pinterest.ru