Саммит G20 прошел 30 ноября – 1 декабря в Буэнос-Айресе. Представители двадцати сильнейших национальных экономик собрались в Аргентине на ежегодное решение общемировых вопросов и ради поиска партнеров для собственных проектов.

Однако на этот раз прийти к общему знаменателю президентам и главам правительств было непросто – финальный коммюник оказался слабым и слишком “округлым”, а личные встречи не вылились ни во что значительное.

От содействия к равнодушию

“Большая двадцатка” (G20) возникла в конце 1990-х, когда азиатские страны были охвачены финансовым кризисом. Запад не знал, как реагировать на происходящие с партнерами экономические потрясения и министры финансов “Большой восьмерки” предложили – а что если расширить круг стран для обсуждения вопросов финансовой политики, пригласив туда такие крупные государства, как Китай и Индию?

Идея была принята благодушно и G20 начал раскачиваться, ежегодно “обкатывая” формат своей работы – собирая мировых лидеров на несколько дней для совместного обсуждения важнейших вопросов. До 2008 года особо блестящих идей из такой коллаборации не рождалось, однако, как только грянул новый мировой финансовый кризис, саммиты G20 начали работать в виде экстренных совещаний, организовываясь по необходимости, а не раз в год. Не без помощи этих собраний остроту финансовых шоков удалось снизить до приемлемого уровня. Тогда престиж “Большой двадцатки” вырос несоизмеримо.

Но сейчас вновь начал падать – из экономической плоскости саммит в наши дни постепенно перетек в политическую. А собрания глав государств почти потеряли свой смысл, что доказывает последний пример собрания “Двадцатки”.

Ничего нового для мировой повестки

Накануне саммита острее всего стояли вопросы “торговой войны” США и Китая, провокации Украины в Керченском проливе и убийства журналиста Джамаля Хашукджи. Потому внимание мировой общественности было в первую очередь приковано к президентам Дональду Трампу с Си Цзиньпином, российскому лидеру Владимиру Путину и наследному принцу Саудовской Аравии Мухаммеду ибн Салману Аль Сауду.

В итоге все острые углы так и остались острыми. Вместо открытого обсуждения проблем страны спрятали недосказанность за компромиссными формулами финального текста заявления. В итоговой декларации они пришли к следующим соглашениям:

  • Совершенствование ВТО. “Мы поддерживаем необходимую реформу ВТО, чтобы улучшить ее функционирование. Мы изучим прогресс на нашем следующем саммите”, – говорится в тексте документа.
  • Экономическому росту нужно больше интенсивности. Лидеры G20 заявили, что поддерживают укрепление доверия друг между другом для преодоления существующих проблем. “Последовательная реализация структурных реформ укрепит потенциал роста”, – также говорится в декларации.
  • Борьба с причинами массовой миграции. Лидеры “Большой двадцатки” решили искать причины, заставляющие людей бежать из своих стран.
  • Борьба с терроризмом. В итоговой декларации говорится, что интернет не должен служить террористическим целям или для отмывания денег. “Мы намерены активизировать наши усилия по борьбе с финансированием терроризма и отмыванием денег. Мы призываем цифровую индустрию работать сообща для противодействия использованию интернета и социальных сетей в террористических целях”, – подчеркивается в документе.
  • Борьба с коррупцией. “Двадцатка” также одобрила план действий по борьбе с коррупцией на предстоящие три года и взяла на себя обязательство вести практическое сотрудничество в этой сфере. В том числе мировые лидеры договорились – взяточников будут экстрадировать, а украденные активы возвращать на родину.
  • Развитие чистой энергетики. В финальном коммюнике мировые лидеры призывают формировать “наше общее будущее” через преобразования в экологической сфере.
  • Поддержка бизнеса и борьба с неравенством. Борьбу с неравенством было обещано продолжать, малый и средний бизнес в каждой из стран поддерживать, а условия для получения образования создавать более активно.

Как видно, никаких прорывных решений, способных самым непосредственным образом повлиять на международную картину, саммит G20 не принес. А наиболее яркие и животрепещущие темы в итоговой декларации мировые лидеры и вовсе замолчали.

Миллион оправданий от Путина

Несмотря на то, что финальное коммюнике можно назвать провальным и полным “воды”, многим лидерам “Двадцатки” удалось извлечь выгоду из личных встреч. Например, Дональд Трамп и Си Цзиньпин на саммите после двухчасовых переговоров приняли мораторий на введение повышенных пошлин на 90 дней – за это время они хотят добиться полноценного торгового соглашения. А вот Путину поговорить с Трампом кроме как “на ходу” не удалось – после провокации в Керченском проливе президент США отказался от встречи тет-а-тет со своим российским коллегой. 

Вместо этого Путин провел двусторонние встречи и переговоры с канцлером Германии Ангелой Меркель, президентом Франции Эммануэлем Макроном, наследным принцем Саудовской Аравии Мухаммедом бен Салманом, президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом, лидером КНР Си Цзиньпином, премьер-министром Индии Нарендрой Моди, премьер-министром Японии Синдзо Абэ, президентом Аргентины Маурисио Макри.

Казалось бы – успех, зачем нам Трамп. Однако перед каждым вторым президенту России приходилось оправдываться за ситуацию в Керченском проливе и пытаться доказать – Москва не при чем, это грязная игра Киева.

Мы изложили хронологию развития ситуации. Против этого трудно что-то возразить. Меня другое беспокоит. При более масштабных событиях, связанных с Украиной, никто не вводил чрезвычайно военного положения, а теперь, в преддверии выборов, надо обязательно это сделать. Для чего? […] Это тот случай, когда и у нас, и на Украине описывается несколькими словами: кому война, а кому мать родна. Всегда войной легче прикрыть свои провалы в экономической и социальной политике

— Владимир Путин

Продуктивными можно назвать переговоры Путина с наследным принцем Саудовской Аравии – стороны договорились о продлении соглашения ОПЕК+ по контролю за добычей нефти. Также не зря прошел диалог с президентом Турции Реджепом Эрдоганом – было заключено соглашение по демилитаризованной зоне в сирийском Идлибе. С президентом Франции Путин обсудил Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, но никаких конкретных договоренностей достигнуто не было.

Одновременно с несколькими переговорными успехами полным провалом окончилось предложение, на которое очень рассчитывала Россия. На переговорах с китайской и японской делегациями на полях саммита G20 Москва предложила инвестировать в объекты из плана развития магистральной инфраструктуры – всего больше сотни единиц. По плану, инвестиции должны были бы сократить государственные расходы на инфраструктурные проекты на 30-40%. Но азиатские партнеры вежливо выслушали предложение… И промолчали.

Желающих выделить на эти проекты деньги не появилось, и ситуация осложняется тем, что российский бизнес вкладываться в инфраструктуру тоже не хочет. Как в итоге будут реализовываться проекты, вопрос с которыми так хотели закрыть на G20, пока неизвестно.

Туманное будущее “Большой двадцатки”

Как показал последний саммит “Большой двадцатки”, старый формат глобального форума для сотрудничества и консультаций по вопросам финансово-экономической повестки постепенно уходит в прошлое. G20 становится все более политизированным мероприятием, дающим все меньше реального результата – встреча в Аргентине продемонстрировала, что ведущие мировые экономики не хотят быть открытыми к сотрудничеству. Они опасливы, осторожны и замкнуты в себе. Политизированы и неуступчивы. Принципиальны и любят говорить общими словами.

Вероятно, такой трансформации “Двадцатки” способствует современная общеполитическая картина. И может быть, мировым лидерам нужен очередной экономический шок, чтобы отделить финансовую сторону от политической. Однако пока G20 демонстрирует – в текущем формате он превращается не в необходимый экономический инструмент, а в отслуживший свое рудимент.

Наталья Смирнова

Читайте нас также:

Telegram: @gosrf_ru
Facebook: @gosrf
Одноклассники: @gosrf
Twitter: @gosrf