Фото: by24.org

 

Рейтинг президента Владимира Путина продолжает оставаться низким. Пенсионными уступками лидер смог только остановить свое репутационное падение. По данным “Фонда общественного мнения” (ФОМ), рейтинг Путина в сентябре не поднимается выше 47% после того, как в середине июня, когда и стало известно о планах повышения пенсионного возраста, он упал с 54%. В марте, во время президентских выборов, рейтинг президента составлял 68% (!). Очевидно, что лидер уже не может замыкать на себе все политические процессы. Он просто не справляется с управлением в ручном режиме.  

 Источник: www.fom.ru, исследование "Рейтинг В.Путина"   

 

Относительно остальных институтов власти рейтинг Владимира Владимировича еще позитивен. Традиционного страдающий за все проблемные инициативы премьер Дмитрий Медведев вместе с правительством пробивает политическое дно. По данным все того же ФОМ, рейтинг критики деятельности правительства вырос до 50%. Число одобряющих работу российского Кабмина сократилось до 32%. Левада-центр дает более резкую статистику. Порядка 66% опрошенных центром россиян не одобряют того, что делает правительство. Еще больше — 71% респондентов — негативно относятся к деятельности премьер-министра Дмитрия Медведева.

 

Источник: www.levada.ru, исследование "Партийные рейтинги" за 23 – 30 августа 2018 года      

Ничего хорошего не происходит и с “Единой Россией”, которая не смогла обыграть пенсионную реформу в свою пользу. Выборы нанесли партии власти такое поражение, какого не было никогда, а вечно второй партии КПРФ удалось отколоть от “ЕдРа” часть электората.

 

Екатерина Шульман Фото: Youtube

 

Сразу после того, когда стало понятно, что Владимир Путин идёт на свой четвертый президентский срок, известный российский политолог, доцент Института общественных наук РАНХиГС Екатерина Шульман в одной из своих статей заявила, что новый политический цикл во главу угла ставит тему трансфера власти. Российский лидер уже не вполне контролирует пирамиду власти. Политолог Шульман спрогнозировала три сценария неминуемого трансфера власти. Оптимистический будет представлять собой некое “пробуждение спящих институтов” в комбинации с любыми формами внутриэлитных договоренностей. По пессимистическому сценарию начнется война “всех против всех”. Третий вариант развития событий, названный Шульман реалистическим, т.е. наиболее вероятным, будет представлять собой комбинацию из первого и второго сценария, сопровождаемую уничтожением групп интересов, которые настроили против себя остальных, и заключением определенных договоренностей между оставшимися.

 

Можно махать рукой на эти разговоры о грядущих перспективах политической трансформации, открещиваясь, что большая политика нас не касается. Но при самом негативном развитии событий именно нам, обычным россиянам, придется платить ренту тому коллективному управляющему, который будет олицетворять власть после Путина. На плечи российских налогоплательщиков в любом случае и независимо от цен на нефть будут возложены налоги на недвижимость, землю, коммунальные тарифы, обложение “самозанятых”, акцизы, штрафы. Вопрос только в том, насколько силен для населения будет этот пресс налоговой нагрузки. И единственным сдерживающим фактором для власти может быть только страх перед организованным протестом. Желание сохранить власть заставить Кремль идти на компромисс, как это уже произошло с пенсионной реформой.

 

Пусть точечными акциями протеста и митингами не удалось полностью “откатить” реформу повышения пенсионного возраста, но зато общественность получила некие уступки. Другой вопрос, насколько эти меры можно считать действительно облегчающими или просто приходиться иметь дело с популизмом и желанием правильной интерпретацией снять общественное напряжение, не изменяя сути антиобщественной инициативы.

 

При оптимистичном сценарии сохраняется надежда, что удастся аккумулировать силы всех гражданских институтов и выступить неким единым фронтом. Есть смутная перспектива, что вместе получится отстоять обещанные социальные гарантии, не привести к паразитированию аппарата власти на итак скромных доходах населения.

 

По опросам “Левада-центра”, продолжает сокращаться число россиян, которые считают, что страна движется правильным курсом. В июле резко возросли протестные настроения именно по политическим причинам — 34% респондентов заявили о вероятности проведения митингов с политическими требованиями, а 23% готовы были даже принять в них участие. В марте участвовать в протестах готово было только 6% респондентов. Чуть менее значительно, но также увеличилось число тех, которые готовы были бы участвовать в протестах с экономическими лозунгами. Доля таких респондентов за четыре месяца увеличилась сразу на 20%.

 

Тем не менее, пока нельзя назвать протестные настроения в стране консолидированными. Оппозиция даже не готова проводить митинги в один день. КПРФ проводил свои митинги против пенсионной реформы 2 сентября, а команда оппозиционера Алексея Навального — 9 сентября, в единый день голосования. Аналогичная ситуация разворачивалась и в первую волну митингов против пенсионных изменений. Но это приводит к некой рассогласованности действий и размытости требований. Еще одна проблема современного протеста — что нет яркого лидера, который мог бы вокруг себя объединить весь протестный электорат. Так, чтобы люди шли на избирательные участки не для того, чтобы просто поставить галочку “против”, выбирая неизвестные кандидатуры партий оппозиции или самовыдвиженцев, а целенаправленно делали выбор за конкретную инициативу, идею, гарантию, которая понравилась им в программе того или иного кандидата. Другое дело, что конкуренция в политической системе уже настолько подавлена, что появляются уже такие неприятные прецеденты, как выборы второго тура в Приморье.

 

Фото: GoGetNews

 

Власть теряет контроль над огромной башней политической системы, которую сама и построила, замкнув все на образе одного человека. Элита оторвалась от населения страны. Раньше успокаивало телевидение, но сейчас негативные последствия необдуманных, односторонних решений не получается рассеивать страшилками про внешние угрозы. Население устало, что его обманывают или считают за идиота. Аудитория отвернулась от телевидения и стала с надеждой смотреть в сторону интернета, где больше информации по острым темам.

 

Сможем ли мы выстоять под ожидаемым прессом и противостоять ущемлениям прав обычных граждан? Когда страна выйдет из затянувшегося социального эксперимента над собственным народом и займется внутренней политикой и экономикой? Почему социальные эксперименты в Швейцарии выражаются раздаванием денег (режиссер Ребекка Паниан решила ежемесячно выплачивать жителям швейцарской деревни Рейнау по 2,5 тысячи франков), а у нас наоборот повышают пенсионный возраст и заставляют работать всех до глубокой старости, чтобы собирать отчисления с заработных плат и через них покрывать расходы на социальные обязательства? Почему простые социальные нужды граждан ценятся меньше, чем расходы на пропаганду и содержание ВГТРК? На эти вопросы предстоит ответить каждому из нас в течение этого шестилетнего политического цикла под руководством несменяемой элиты.