Сиэтл°
72.69
Евро
61.68
Доллар
ГОСТЬ РЕДАКЦИИ Комментировать

Андрей Колядин: «В политике должна быть преемственность»

На этой неделе гостем нашей редакции стал бывший сотрудник администрации президента, занимающийся вопросами региональной политики, Андрей Колядин. Успешный политтехнолог за свою жизнь успел побывать в командах президентов новой российской политики от Путина до Медведева, пройдя коридоры муниципальной и региональной власти.

Андрей Михайлович, Вы имеет опыт работы с властью различных уровней. Были советником губернатора, занимались информационной политикой и взаимодействием с гражданским обществом, замом полпреда и наконец – занимались региональной политикой в администрации президента. Скажите нашим читателям, чем работа на этих разных направлениях отличается между собой?

–Я очень рад, что мне весь этот длинный путь удалось пройти. Пардон, с пионерской организации в комсомольскую, из нее в партийную, а затем и в хозработу и т.д. И поэтому я в настоящий момент, когда говорю о неких процессах, происходящих в районе, области, в федеральных структурах, я понимаю функционирование всей вертикали власти и особенности принятия решений на каждом из этих уровней. Поэтому я могу сказать, что, конечно же, они отличаются и уровнем задач, и охватом населения. В муниципалитете каждое решение касается 10 тыс  человек, когда на федеральном уровне оно может касаться миллионов. Но, тем не менее, этот путь должны пройти каждый чиновник, а не выскакивать из небытия, становясь сразу крупными государственными чиновниками и не имея при этом никакого понимания о специфике работы в каждом конкретном случае.

Не все современные российские чиновники могут похвастаться таким целенаправленным восхождением по карьерной лестнице…

– Вообще-то так должно происходить. Но не происходит в нашей стране сейчас. Должна быть некая преемственность. Система подготовки кадров – это отдельная история, которая в нашей стране, к сожалению, утеряна и ее нужно возвращать. Представьте, человек работает в районной администрации, или в каких-то органах власти, которые касаются непосредственного взаимоотношения с людьми на территории муниципалитета. Потом он выдвигается и работает на городском уровне, областном, федеральном. То есть этот опыт прохождения через самые различные уровни власти дает понимание функционирования политической и экономической системы, а также уберегает от многих ошибок и заблуждений, которые приходят в голову чиновникам, которые сразу из грязи оказались в князьях.

Где и с кем опыт работы Вы наиболее часто вспоминаете? Что это Вам дало?

– К величайшему моему счастью, я работал с очень интересными людьми. Я работал вместе и с Олегом Сысуевым, который был мэром Самары в свое время, а потом стал вице-премьером РФ, мне приходилось работать с губернаторами Кулаковым, Константином Титовым, Михайловым, который до сих пор возглавляет Курскую область с тех далеких времен. Мне приходилось общаться с многими полпредами, работал с Сурковым, Володиным, Кириенко. Я имею возможность сравнить профессионализм и способность реагировать на окружающую и внутреннюю политику этих людей. Мне приходилось работать с Горбачевым, Путиным и Медведевым. И тоже есть возможность оценить их профессиональные таланты и многому научиться у них. Поэтому я могу сказать, что мне довелось работать с изрядным количеством знаковых фигур в жизни Российской Федерации и я очень благодарен этому. Вот жаль, что нет системы для того, чтобы то, что накоплено внутри, можно было взять и передать другим людям, которые этой возможностью не обладали. Хотя на следующей неделе будет Форум наставничества и, возможно, это действительно вернет старые практики в жизнь. И тогда многим профессионалам не придется учиться снова изобретать велосипед. Их научат это делать те люди, которые проходили этот путь в течение долгих лет. И это поможет избежать им многих ошибок.

Хотелось бы еще тут уточнить, а с кем проще Вам было работать: с Владимиром Владимировичем или с Дмитрием Анатольевичем?

– Вы знаете, у каждого есть свои сложности и у каждого есть свои плюсы. Но я могу сказать, что с Владимиром Владимировичем мне работать было проще, потому что у него есть одна очень хорошая привычка. Он делегирует полномочия, и это очень важно, потому что обычно чиновники крупного звена стараются во всем разобраться сами. Казалось бы, со стороны это очень правильное решение знать, как красятся ручки дверей или стеклышки вставляют в маленькие окна, но это накапливается вместе с опытом, когда ты проходишь эти уровни своей жизни на муниципалитете, в городе, области и т.д. Это становится очевидностью. Чиновник высокого звена, который заходит на свой пост, не имеет никакой необходимости в этом разбираться. Он поручает некие блоки работ своим замам по экономике, внутренней политике и, соответственно, требует четкого исполнения, выступая внешним арбитром этого процесса. Путин именно такой. И в этом отношении с ним было работать проще.

Как происходила это работа? В чем именно это разделение труда было удобнее?

– Дело в том, что с его руководством каждый отдельный исполнитель отвечает уже за тот блок вопрос, который тебе поручают. И ты имеешь право распоряжаться всеми ресурсами, которые на тебя даются. На тебя возлагается ответственность, но ты получаешь всю ресурсную базу для того, чтобы выполнить свою задачу. А когда человек пытается вникать во все сам и много раз перепроверяет некие задачи, которые ставятся, тогда все твои окружающие исполнители смотрят и на него тоже, и ждут. То есть они получают от тебя задачу, а потом говорят: «Ну все равно сейчас его начальник тоже будет на нас выходить с тем же вопросом. Подождем, когда придёт еще одно указание, решение». Это все только замедляет процесс. Дает некое такое дублирование ненужное каждого из распоряжений и приказов и работа осуществляется менее эффективно. С этой точки зрения Владимир Владимирович мне был всегда более близок, чем многие другие руководители, которые пытались вникнуть в каждую маленькую деталь, которая по сути своей являются частью моих полномочий после того, как мне доверили данную отрасль.                
С 2009 года Вы занимали должность начальника департамента региональной политики Управления Президента Российской Федерации по внутренней политике. Что входило в круг ваших обязанностей?

– Это было время особое, потому что тогда наш департамент занимался очень многими направлениями, которые в настоящий момент уже разошлись по различным департаментам и управлениям. А тогда мы отвечали за выборы на территории всей Российской Федерации. Тогда ведь не было выборов губернаторов, были выборы мэров, партий, депутатов разных уровней и т.д. Мы тогда занимались подготовкой неких шорт-листов с предложениями по персонам, которые могли бы быть назначены первыми лицами регионов, то есть губернаторами. Анализировали наиболее ярких представителей в данном регионе, отбирали их, проверяли, встречались с ними, общались, а потом презентовали списки руководству, чтобы они принимали решения, кто из них может стать губернаторами.

А что было помимо выборов?

–  Мы занимались некими проблемными темами в каждом регионе, которые могли иметь неоднозначные социальные последствия. Если вдруг возникал некий политический протест на территории или крупные экономические события, к примеру, закрытие градообразующих предприятий, то это попадало к нам на стол. Мы курировали все процессы, которые могли вызвать отторжение у людей власти, и это могло послужить некой основой конфликта.

Что из таких особо конфликтных тем Вам наиболее запомнилось?

– К примеру, мы занимались некими проблемами, которые возникали на Кавказе. Начиная от межселенных территорий в Кабардино-Балкарии, которые чуть было не привели к вооруженному противостоянию, заканчивая событиями в Осетии, где мы урегулировали остатки старого конфликта 1992 года между ингушами и осетинами, которые послужили тому, что более 30 тысяч ингушей вынуждены были покинуть свои родные места и жить на территории Ингушетии. Помню, как сопровождали возвращение назад этих людей. Вопросов возникало бесконечно много, и я могу сказать, что ежедневно с утра мне надиктовывали 20-30 тем, которые нужно было решить к вечеру. И мы успешно их решали.                  

В 2008 году начался мировой экономический кризис. Насколько сложная ситуация тогда была в регионах, когда Вы занимались региональной политикой в администрации президента?

– Я был тогда в 2008 году вице-губернатором Воронежской области. Но понимаете в чем дело, экономический кризис, как и экономический рост, имеет некий лаг. То есть между началом экономического кризиса и событиями, которые касаются жизни каждого гражданина, проходят обычно годы. В зависимости от глубины кризиса. А если уж совсем большой кризис, когда обваливается рубль и доллар становится в три-четыре раза дороже, тогда это сразу практически ощущается. Человек не может купить целый ряд товаров, на которые рассчитывал. Кризис опасен тем, что сокращается число рабочих мест, сокращается количество экономических процессов, закрываются предприятия, унифицируется бизнес. Если у людей появляется меньше источников к существованию, в результате это начинает сказываться на жизни каждой российской семьи. И это наступает постепенно. Поэтому экономический кризис, начавшийся в 2008 году, первые его проявления для простых людей начались в 2010 году. В 2012 году их кое-как преодолели, но по сути своей вот эти первые рецессионные процессы, которые начались тогда, до настоящего момента в нашей стране не ушли.

Оглядываясь назад, какие последствия для России кризиса 2008 года  Вы видите?

– Некая инертность в принятии экономических решений, а после 2012 года она привела к тому, что мы сейчас находимся не в лучшей форме. И в этом виноваты не только санкции, но и некое отставание в принятии важных экономических решений и реформ. Но, я надеюсь, что все-таки всему свое время. Есть время бросать камни, есть время их собирать. Рано или поздно это все закончится. Экономика как и вся жизнь людей имеет спиралевидную структуру, где кризисы сменяются подъемами, депрессии сменяются экономическим ростом. Поэтому все-таки я рассчитываю, что мы переживем еще экономический рост. Не только стагнацию, или как это принято называть, отрицательный рост экономики.

Беседовала Ксения Ширяева

Еще ГОСТЬ РЕДАКЦИИ