Эксперт: Сверхцентрализованная система хорошо справляется с кризисами, но совершенно не умеет эффективно развиваться

09.03.2017

Как должны выстраиваться межбюджетные отношения? Нужно ли самостоятельность регионам? Ответы на эти вопросы читайте в новом комментарии эксперта.

В России, по данным Счетной палаты РФ, с профицитом исполнены бюджеты только 15 регионов. Госдолг регионов на 1 февраля 2017 года составил 2323,9 млрд рублей, снизившись с начала года на 29,3 млрд рублей, или 1,2%. В структуре долговых обязательств регионов продолжает увеличиваться доля задолженности по бюджетным кредитам с 42,1% на начало года до 45% на 1 февраля 2017 года.

Генеральный директор коммуникационного агентства «Actor» Дмитрий Еловский рассказал о тонкостях межбюджетных отношений в России.

На мой взгляд, сейчас межбюджетные отношения в России гиперцентрализованы. По данным Минфина до 95% расходов региональных бюджетов – это полномочия, заложенные в федеральных нормативных актах. До 70% налоговых доходов уходит в федеральный бюджет. Сегодня Минфин ввел практику заключения соглашений с регионами, фактически полностью лишая подписантов остатков финансовой самостоятельности. 

По сути, в части межбюджетных отношений в России никакого федерализма нет – мы являемся сверхцентрализованным государством. Регионы зажаты в тисках различных норм Бюджетного кодекса, постановлений правительства, федерального бюджета так, что никакого пространства для маневра у них нет. 

В этой ситуации предложение федерального центра «поработать над своей налогооблагаемой базой» выглядит, прямо скажем, цинично. А какой в этом смысл, если федеральный центр, уже не особо заморачиваясь внятными объяснениями, может взять и консолидировать 1% налога на прибыль? Если большая часть регионов уже плотно сидит на трансфертах, и они распределяются по принципу «бедным – больше, богатым – меньше»? Если уже завялено о новой практике Минфина, что доля софинансирования для регионов-доноров по совместным проектам будет увеличена, а для дотационных – уменьшена? Сейчас в России региону намного выгоднее быть бедным и получать все необходимое из федерального бюджета.

Политика сверхцентрализации была ответом на попытку губернаторского корпуса поучаствовать в выборах президента РФ в 2000 году, на создание ОВР. Но постепенно цель «борьбы с губернаторской вольницей» потеряла актуальность, а централизация продолжается.

Есть очень старое правило: сверхцентрализованная система хорошо справляется с кризисами, но совершенно не умеет эффективно развиваться. То есть развиваться она может, но ценой чудовищных издержек и потерь. В результате мы имеем практически нулевой рост экономики, потому что регионам с инвесторами работать не интересно, а федералы за всем не успевают. И нынешний экономический кризис в большей степени является результатом полной демотивации роста региональных экономик, чем санкций или иных причин. 

Выходов несколько. Первый и самый логичный: децентрализовать систему. Но это прямая политическая угроза для федерального центра: самостоятельные губернаторы всегда будут стремиться усилить свое влияние – так устроена политика. Даже если оставить жесточайшие контрольные функции у федеральных ведомств во главе с Минфином, степень контроля над регионами быстро снизится. Если регион 70% доходов будет оставлять на своей территории, зачем губернатору учитывать мнение министра финансов страны?

Второй выход: довести централизацию до логического завершения: превратив губернаторов просто в федеральных чиновников, а все региональные министерства в территориальные подразделения профильных федеральных ведомств. Но это еще большая политическая угроза федеральному руководству. Сейчас хотя бы формально самостоятельные губернаторы выступают буфером между населением и федерацией. Они собирают на себя весь негатив, позволяя руководству страны оставаться вне критики. Но чем меньше полномочий у глав регионов, тем ниже их ответственность перед избирателями и тем слабее они исполняют роль буфера. Соответственно окончательная централизация управления оставит федеральное руководство один на один со всемb 146 млн жителей страны, которые очень быстро начнут задавать массу неприятных вопросов. 

Третий выход: оставить все как есть, слегка донастраивая систему, что сейчас и происходит. Но по сути это просто более медленный вариант второго выхода с теми же последствиями.

В итоге мы имеем классический кризис отношений федерации и регионов, выйти из которого невозможно в рамках существующих принципов межбюджетной политики.