ОБЩЕСТВО Комментировать

Чиновники: внедрение ювенальных технологий в России неизбежно, обсуждать это с общественностью нет никакой необходимости

Использование ювенальных технологий – единственный вектор развития семейной политики в России, и обсуждать это с общественностью нет никакой необходимости. Такова позиция представителей власти, озвученная сегодня в Челябинске.

24.06.2015

Использование ювенальных технологий – единственный вектор развития семейной политики в России, и обсуждать это с общественностью нет никакой необходимости. Такова позиция представителей власти, озвученная сегодня в Челябинске.

Как передает корреспондент NDNews.ru, позицию противников изменений семейной политики государства представили председатель регионального совета общественной организации «Российское родительское сопротивление» Екатерина Забачева, координатор регионального отделения движения «Суть времени» Александр Забачев и юрист по семейным спорам Светлана Пястолова. Оппонировать им вызвались заместитель начальника отдела организации работы по опеке и попечительству министерства социального развития Челябинской области Татьяна Матвеева и директор челябинского Областного центра диагностики и консультирования Жанна Кулькова. При этом именно госпожа Кулькова, не будучи формально чиновницей, сфокусировалась на защите ювенальных технологий, заявив в самом начале конференции, что выражает официальную точку зрения. «Это мировая гуманистическая тенденция. Говорить о том, что она кому-то угрожает, просто нелепо», – ответила Кулькова на краткий экскурс в историю вопроса, озвученный Александром Забачевым, отметившим чужеродность и опасность для российской семьи внедрения ювенальных технологий. На реплику же последнего, что один из последних примеров этой гуманистической тенденции – принятие в Бельгии закона о детской эвтаназии, Жанна Кулькова и вовсе заявила, что данная проблема – вопрос философский, и у каждого человека может быть к ней свое отношение.

По сути, дискуссии так и не получилось. Общественники и чиновники, судя по всему, и не планировали искать общий язык. Правда, стоит признать, что единственная формальная чиновница – представитель минсоца Татьяна Матвеева в обсуждении ювенальных технологий постаралась не участвовать. Она ограничилась ответом на вопрос и о возможности закрытия детских домов. Закрывать учреждения не планируется, заверила чиновница, кадровый состав сохранится. Только теперь действовать они будут в форме центров поддержки семьи и детства (работа по созданию таких в Пласте и Чебаркуле уже идет) и подобных им служб сопровождения. Кроме того, чиновница рассказала о реализации программы по устройству в семьи детей-сирот.

«С причиной появления сирот власть не борется, – парировал Александр Забачев. – Как будто важно только банк данных о сиротах сократить. Суть всей сегодняшней политики – перевести отношения полностью в коммерческую плоскость. Человеческие отношения из этой области просто уходят».

Оппоненты ювенальных технологий недаром завели речь о явлении «платного родительства», когда сироту берут в семью лишь из-за финансовой поддержки, оказываемой государством: с внедрением ювенальных технологий эта сфера может существенно расширится. Ведь одной из основных причин признания семьи неблагополучной, что автоматически поставит родителей под угрозу изъятия детей и возбуждения вопроса о лишении их родительских прав, является именно недостаточное финансовое обеспечение. В таком случае бедные семьи будут просто вынуждены усыновлять сирот. Ведь иначе их собственных детей признают социальными сиротами.

Но это не главная угроза ювенальной системы, считают ее противники. Фактически в семейной политике формируется презумпция виновности родителей: не совершив никаких правонарушений, они все равно оказываются в сфере внимания по сути карательных чиновничьих структур, вольных решать, можно оставлять в семье ребенка или нет. При этом, по признанию самих чиновников, та же методика определения неблагополучия семьи вряд ли станет предметом обсуждения общественности. И даже заверения Жанны Кульковой, что такие методики разрабатываются с участием приглашенных экспертов, работающих обычно на общественных началах, не снимают остроту вопроса. «У нас давно уже действуют некоммерческие организации, финансируемые иностранными фондами, – напомнил Александр Забачев. – И в Челябинской области в том числе. Они вполне могут вознаграждать бесплатное сотрудничество своих единомышленников с государственными структурами».

Однако никакие аргументы общественников не могли переубедить директора госучреждения, взявшуюся защищать неизбежность ювенальных технологий в России. Ни пример изъятия из семьи ребенка в одном из муниципалитетов региона и нахождения его в приемнике-распределителе на протяжении нескольких месяцев, пока мать в суде доказывала возможность восстановления своих родительских прав. Ни факты злоупотребления полномочиями представителей органов опеки: повторные проверки, формальные придирки (обо всем этом со ссылкой на свою практику рассказала Светлана Пястолова). Ни даже напоминание о крене государственной политики в сторону восстановления традиционных ценностей и охлаждении отношения руководства страны к введению западных стандартов и институтов. Ничто не могло поколебать уверенность в безальтернативности ювенальных подходов. У всех несогласных, убеждена Жанна Кулькова, есть только один путь – обращаться в суд. Тем более, что при возникновении «ювенальных разбирательств» судье может быть представлено заключение психологов и специалистов областного центра, которым она руководит. Впрочем, по словам Светланы Пястоловой, пока обращение за такими заключениями – дело отнюдь не обязательное, и суды не склонны напоминать родителям о такой возможности.

©

Еще ОБЩЕСТВО

Гость редакции

Как создать «искусственных людей»? Сергей Балезин: о высоких технологиях и новых профессиях в медицине