02/03/2015

Выходит в свет очередной номер журнала «Регионы России: национальные приоритеты». Предлагаем вниманию наших читателей вступительное слово генерального директора медиа-холдинга «Регионы России» Ольги Чернокоз.

– Хочу напомнить, что в нынешнем году исполняется 30 лет с начала «перестройки» – сначала горбачевской, радикально продолженной Ельциным, а затем и Владимиром Путиным. Срок по всем меркам, в том числе и историческим, немалый, уже успело вырасти и стать активным поколение российских граждан, не знающих, как жили люди в «эпоху развитого социализма», или, по другому определению, в «эпоху застоя».

То, что сегодня мы живем в другой стране, мало похожей на ту, что была тридцать лет назад, это понятно. И то, как мы сейчас живем, кому-то нравится, а кому-то нет. Здесь ничего необычного нет, при любом государственном строе, при любой власти были довольные и недовольные этой властью. Кто-то чуть ли не молится на Путина, называет его лидером нации, собирателем «земли русской», возрождающим «русский мир». Говорят, что при нем Россия «поднялась с колен», вновь заявила о себе на международной арене как о равноправном государстве, проводящем самостоятельную политику. Всеобщую эйфорию у россиян вызвало «возвращение Крыма в родную гавань», в чем, несомненно, заслуга нынешнего президента.


Другие же говорят о том, что за тридцать лет, половину из которых страну возглавляет Путин, экономика России так и не смогла слезть с «нефтяной иглы», избавиться от сырьевой зависимости. И даже при тех огромных природных богатствах, которыми не располагает ни одна другая страна мира, уровень жизни россиян остается крайне низким, несравнимым с тем, как живут люди в развитых государствах Запада да и Азии. Что реформы, проводимые правительством, приводят лишь к деградации экономики, здравоохранения, образования, культуры, науки. О коррупции даже говорить неудобно – чем больше мы с ней «боремся», тем больше она расцветает. Говорят о том, что нынешняя внешняя политика приводит к изоляции России, усугубляемой мазохистским стремлением к самоизоляции, отторжением западных представлений о демократии, о человеческих ценностях. Все больше заметно расслоение в обществе, когда 10 процентам населения принадлежит львиная доля богатств, а 90% достаются лишь крохи.

Противостояние между сторонниками и противниками нынешней власти естественно, оно могло бы стать основой, неким движителем экономического и социального развития общества, совершенствования государственного управления. Но только в том случае, если бы у нас были бы созданы и эффективно работали институты гражданского общества. Именно они могли бы стать той площадкой, на которой бы обсуждались и разрешались противоречия между властью и обществом, между властью и народом. Но, к сожалению, все попытки создать такие институты у нас оканчиваются пшиком, те же, которые вроде бы созданы, вырождаются в придатки административных органов власти или вообще представляют собой фикцию, являются профанацией самой идеи таких институтов. В результате никакого продуктивного диалога между властью и обществом нет.

Все виднее становится стремление власти к силовому подавлению оппозиционных настроений в обществе, к «закручиванию гаек». Разрабатываются и принимаются все новые и новые законы, ужесточающие наказания за «экстремизм», хотя четкого и ясного определения того, что это такое и какими мерками этот «экстремизм» мерить, нет ни в одном законе. Такое ощущение, что сейчас постепенно снизу вырабатываются такие мерки: власть зачастую поощряет высказывания новых патриотов, которые на волне войны на Донбассе стихийно возникают в регионах страны, о необходимости более жесткого подхода к тем, кто открыто вредит стране (кто живет на американские гранты, кто поощряет выступления в вузах открытых врагов России). Такая борьба, безусловно, нужна, только хорошо бы, если бы она не вылилась в борьбу со всеми, кто не одобряет методы работы действующей власти.

И вообще, в России сформировалась причудливая система суверенной демократии – федеральная власть ищет рычаги давления на региональные и муниципальные власти, используя часто некие созданные, опять же при поддержке сверху, общественные структуры (ОНФ и другие). То есть власть сама себя контролирует… К чему это приводит, известно – к росту недоверия общества к власти и склокам внутри самой власти. В итоге, вместо того, чтобы заниматься развитием экономики, все друг друга контролируют или пытаются уйти от контроля.

При нормальной системе управления страной власть на всех уровнях контролируется обществом и подчинена законам. У нас же, стоит констатировать, за 30 лет перестройки советской системы все осталось по-прежнему. Изменилась форма, но не содержание.

 

     

Ольга Чернокоз,

генеральный директор медиа-холдинга «Регионы России»