Лев Гарамов: «Об экономике в странах европейского союза и прибыли транснациональных корпораций в 2021 году»

В период пандемии экономика во всем мире потерпела значительные изменения. Строгая изоляция привела к банкротству и реструктуризации множество компаний. И возникает вопрос: кто в этой ситуации выиграл и приумножил прибыль? Как повлиял локдаун на рентабельность транснациональных корпораций? У нас в гостях генеральный директор компании «НОРДНЕФТЕГАЗ», директор по стратегическому развитию компании «РЭЙЛ & ФРАХТ» и нидерландской компании «NIG», эксперт по экономике и финансам России и стран ЕС – Лев Гарамов.

– Лев, Как Вы думаете, какой сектор экономики в период карантина пострадал в наименьшей степени?

– В целом, пострадали абсолютно все отрасли экономики, т.к., введение ограничений условий общественной жизни привело к остановке множества производственных линий, и соответственно закрылись многие предприятия и торговые организации. А если рассматривать в сравнении, то в наименьшей степени, конечно, пострадал реальный сектор экономики, а именно: производство и доставка продуктов питания, сфера транспортно-логистических услуг, топливно-энергетический сектор и прочее. Серьезное падение испытала сфера рекламных услуг.

– Как Вы думаете, насколько негативно ограничения, связанные с эпидемией отразились на экономике стран Евросоюза?

– Однозначно негативно. Основной бюджет Евросоюза формируется за счет взносов стран-членов, но в текущей ситуации компенсационный фонд будет сформирован практически полностью за счет заемных средств согласно плану Брюсселя страны ЕС, будут выплачивать их до 2052 года.

– В целом, упадок экономики произошел вследствие карантина?

– Однозначно. Общий объем ВВП включает потребление, инвестиции, госрасходы и чистый экспорт, а во многих странах основной рост ВВП происходит именно за счет потребления.

– Одна из главных стран-лидеров Евросоюза – Германия, экономика которой, особенно зависит от промышленного экспорта. Насколько снизился уровень ВВП в Германии?

– ВВП Германии определенно снизился до уровня кризиса 2008 года. Следует отметить, что до карантина, в Германии в течение последних 10 лет шел непрерывный рост ВВП. Однако немцы сделали ставку на промышленное производство, которое должно сыграть ключевую роль в восстановлении экономики Германии. Немецкое промышленное производство по своей структуре идентично японскому и южнокорейскому и производит множество промышленных товаров: автомобилей, станков, оборудования, химической и фармацевтической продукции гораздо больше, чем необходимо для потребления внутри страны. Соответственно, за счет экспорта продукции ВВП Германии существенно вырастет. Кстати, это подтверждает рост немецкого индекса деловой активности – IFO[1].

– Насколько сильно пострадал европейский производственный сектор?

– Производственный сектор однозначно показал снижение активности, и это привело к снижению цен на нефть. Первым источником распространения коронавируса стал Китай, а это мировой производственный гигант, являющийся крупнейшим импортером нефти в мире.

Лев Гарамов: «Нефть будет нужна всегда и это неоспоримый факт и зеленая энергетика не сможет ослабить данную отрасль. Нефть никуда не денется, на ней построена мировая индустрия»

– После победы на выборах в США Джо Байден заявил, что приоритетным направлением будет развитие «зеленой» энергии. Как Вы думаете, это нанесет ущерб нефтяному рынку?

– Определенно, нет. Уже неоднократно поднимался данный вопрос. Нефть будет нужна всегда и это неоспоримый факт и зеленая энергетика не сможет ослабить данную отрасль. Нефть никуда не денется, на ней построена мировая индустрия. Компании мирового масштаба Exxon Mobil, Royal Dutch Shell, Chevron и пр., с масштабной капитализацией в первую очередь заинтересованы в нефти, как в источнике их сверхприбыли. Но продвигать зеленую энергетику выгодно для получения субсидий на развитие данной отрасли. Но, позиция Байдена может быть направлена на сокращение добычи сланцевой нефти и направить финансирование на технологии развития добычи «зеленой» энергии.

Скажите, что Вы думаете об инвестировании, и выгодно ли инвестировать в нынешней ситуации?

– Интерес к инвестированию снова возрастает, т. к., низкие процентные ставки по вкладам заставляют инвесторов искать альтернативу депозитам, и скорее всего вклады с банковских депозитов перейдут на фондовый рынок, тем более что акции сырьевых компаний начинают расти.

Мог ли активный рост экономики Китая стать причиной масштабной изоляции?

– Возможно. Большие деньги, как всегда, определяют большую политику. Экономический рост Китая за последнее 10-летие, как следствие одной из причин, могло спровоцировать транснациональные корпорации к эффективным действиям. Алчность инвесторов с Уолл-стрит, «щедро» инвестировавших в акции китайских компаний в погоне за дивидендами привели к масштабному и стремительному развитию Китая. Масштабные инвестиции были направлены на создание гигантской фабрики, которая будет обеспечивать товарами западные рынки, но в итоге привели к созданию мощного государства с собственной развитой инфраструктурной экономикой. Соответственно, такой стремительный подъем стал вызывать серьезные опасения в США.

– В целом, ситуация демонстрирует системный транзит власти к транснациональным корпорациям?

– Это факт. Более 50 процентов мирового ВВП производится в транснациональных корпорациях и ценообразование продукта производится не рынком, а формируется только для того, чтобы снизить внутренние издержки корпораций. Глобальный пищевой рынок уже давно монополизирован. Обратите внимание на рыночную капитализацию таких компаний как Nestle, Mars, Pepsico, Heineken, Coca-Cola и вопросы отпадут сами собой. О чем рассуждать, если Apple стоит дороже, чем многие государства в мире. В условиях кризиса, крупные корпорации объединяются между собой и тем самым увеличивают капитализацию и фактически не просто контролируют, а «управляют» рынком.

– В целом, суть такова – что бы Вы не купили, прибыль пойдет «в одни руки»?

– Именно так.


[1] Information und Forschung (IFO)

Лев Гарамов,
Генеральный директор АО «НОРДНЕФТЕГАЗ»
Директор по развитию ООО «РЭЙЛ & ФРАХТ» и нидерландской компании «NIG»