«Кризис – это окно возможностей». Борис Егоров о коронавирусе, государственной медицине и развитии бизнеса

Пандемия коронавируса и последовавшие за ней ограничения сильно ударили по предпринимательскому сектору. В первую очередь, в уязвимом положении оказался малый и средний бизнес далеко не все пережили первую волну COVID-19, а страну уже накрыла вторая. Представитель уполномоченного по защите прав предпринимателей в Красноярском крае и генеральный директор сети стоматологических клиник «Денталюкс» Борис Егоров поговорил с «Регионами России» о последствиях локдауна, помощи государства бизнесу и ситуации в секторе здравоохранения.

– Борис Александрович, согласно статистике, почти 20% российских предприятий малого и среднего бизнеса в России не смогли возобновить работу после первой волны коронавируса, несмотря на снятие связанных с заболеванием ограничений. Как вам кажется на примере Красноярского края, ситуация действительно настолько плачевная, как о ней говорят?

– Малый и средний бизнес – один из самых уязвимых к кризисным моментам сегментов бизнеса. Действительно, на сегодняшний день в регионе пострадало очень много предприятий. Это можно заметить, даже просто проходя по улицам, не обязательно углубляться в статистику – если взглянуть на первые этажи помещений, то увидишь, что все они сдаются. Бизнесы закрываются, покидают арендованные помещения. Выжили те, кто посильнее. Сейчас наступила вторая волна, и что будет – загадывать сложно. Но предполагают, что легче не станет.

– Как вам кажется, подготовил ли малый и средний бизнес первый локдаун к тому, как действовать в такой ситуации? Или, если ограничения будут введены снова, не откроются даже те, кто смог пережить первую волну?

– Многие точно не откроются, хотя в целом все зависит от сферы предпринимательства. Например, наша медицинская сфера хоть и подпадает под ограничения, но мы можем оказывать экстренную и неотложную помощь, так что все равно будем работать даже в условиях ограничений. А вот другим будет сложнее. Конечно, кто твердо стоял на ногах – он выстоит. Например, весной из-за введения ограничений перестали работать парикмахерские. На примере своего мастера я знаю, что он, потеряв работу в салоне, нашел выход. И после того, как все устаканилось, снял помещение и стал работать на себя, причем работает сейчас очень успешно.

Что касается сферы торговли… Ну, хлеб и молоко нужны всегда, так что выживет и этот бизнес. Может, в чем-то будет трудно, но это решаемо. Например, можно в одной курточке походить не год, а два.

– Чувствуется опыт человека, пережившего 90-е. Закалка есть.

– Именно так. Тогда, конечно, все было иначе – это и криминал, и другие неприятные вещи, через которые пришлось пройти всем, особенно бизнесу. Было очень тяжело во многом, но однозначно легче в одном вопросе – вопросе администрирования. Сейчас бюрократических моментов от месяца к месяцу лишь прибавляется. То и дело появляются нововведения по трудовому законодательству, в плане пожарного надзора, радиологические требования и прочее, прочее, прочее. Постоянно нужно что-то приобретать, устанавливать, заводить новые регламенты работы, обращаться к специалистам. Все это – дополнительное время и траты. Сейчас у нас целые шкафы заставлены томами с инструкциями, нарушение которых влечет как минимум серьезные штрафы – это от ста тысяч рублей для юридического лица. Некоторые санкции доходят до пятисот тысяч, до миллиона. Грубо говоря, может быть так, что человек открыл бизнес, получил штраф и закрылся, потому что суммы очень серьезные.

– В связи с ростом административной нагрузки, как вы относитесь к идее регуляторной гильотины, которая недавно стала наконец претворяться в жизнь? Сейчас в правительстве готовятся отменить все мелкие подзаконные акты и сделать более общие документы, которые позволят регулировать разные сферы, в том числе бизнес и здравоохранение.

– Когда это случится, это будет большим облегчением для предпринимателей. Потому что на данный момент то, что говорит Владимир Владимирович, взять даже президентские майские указы, все это идет в обратном направлении. Делается только в виде отчетности на бумаге, а на местах нет ничего. В том числе я не без грусти смотрю на отечественную государственную медицину. Много лет я не ходил в больницу, так как, будучи медиком, сам могу вылечить мелкие болячки. Но когда возникла необходимость пройти ряд обследований перед операцией, это был шок. Во что превратили государственную медицину?

Получение медпомощи я могу сравнить только с каким-то очень сложным квестом. Если раньше в поликлинике были свой физкабинет, рентген, УЗИ, то сейчас там найдешь только терапевтов, которые настолько придавлены бумажной волокитой, что нет времени общаться с пациентами. А все остальные процедуры переместили в межрайонные центры. И вот людям, в том числе пожилым, приходится бегать – в травмпункт в один конец города, на рентген – в другой. Честно скажу, половину обследований я в итоге прошел в частных клиниках. И все равно весь процесс занял у меня полтора месяца.

– Вам не кажется, что это итоги оптимизации в медицине, которую проводили несколько лет назад?

– Да, это они. Я считаю, что все идет к тому, что будущее России окажется именно за частной медициной. Потому что и люди не хотят больше ходить в районные больницы, так как качество обслуживания там оставляет желать лучшего, и медики устают от работы в таких условиях. Нагрузка очень большая, многим проще перейти в частный сектор или даже самим скооперироваться и создать свой медицинский бизнес.

– С оптимизацией в медицине также связывают тот факт, что в некоторых регионах во время пика заболеваемости коронавирусом не хватало врачей и коек.

– Конечно, мы оказались не готовы, раз начали ускоренными темпами строить госпитали только тогда, когда ситуация действительно обострилась. А до этого многие инфекционные отделения были просто закрыты «за ненадобностью». Но я не знаю, как это возможно. У меня не укладывается в голове: президент говорит одно, а на местах не делается ничего. Будто он сам должен стоять и рубить с плеча, но ведь он не многоликий, его не поставить следить за обстановкой в каждый регион. В отчетности, которую ему приносят, все хорошо. Но как только нас коснулся коронавирус, оказалось, что не хватает и госпиталей, и врачей, и заболеваемость катастрофически высокая. Конечно, не готовы к такой ситуации были не только мы, но и весь мир, но в России, особенно в регионах, кризис в медицине прочувствовался сильнее всего.

– Весной президент выпустил ряд указов, направленных на помощь малому и среднему бизнесу. Это и прямая финансовая поддержка, и льготы. Вам удалось воспользоваться этими возможностями?

– Благодаря тому, что Владимир Владимирович дал эти указания, пережить весенний этап кризиса было проще. В течение двух месяцев мне на каждого работника выплачивали пособия. Благодаря этому и тому, что на балансе предприятия также были отложенные деньги, я не потерял ни одного сотрудника и не снизил зарплату ни на рубль. Хотя нам было запрещено работать, мы могли принимать людей только для оказания экстренной и неотложной помощи. Как вы понимаете, на этом далеко не уедешь. Однако людей и бизнес все же удалось сохранить.

– Некоторые бизнесмены жалуются, что для получения помощи нужно предоставить массу документов, но еще не факт, что выплаты или льготы в итоге утвердят.

– Мы с таким не сталкивались, для наших клиник все прошло легко. Правительством был сформирован официальный сайт, куда можно было обратиться и оставить заявление. Конечно, нужно было собрать какое-то количество бумаг, но после подачи заявления через 15-20 дней деньги стабильно приходили на счет. Конечно, если кто-то хотел получить помощь, но ему не дали, стоит в первую очередь задаться вопросом – а почему так вышло? Может, он не платил налоги или были какие-то другие нарушения за его предприятием? Конечно, таким людям не давали помощи. Я знаю, например, что многие хотели получить нулевые кредиты, но их было ограниченное количество и достались они не всем. Но среди своих друзей из стоматологического бизнеса я не припомню отказов – всем был согласован кредит под ноль процентов. Так что у меня и моих знакомых опыт общения с этой системой получился положительным.

– Какие у вас на сегодня есть планы по развитию бизнеса? Не сказался ли на них коронавирус?

– Нужно сказать, что мне в нынешних рамках опять становится тесно. Я такой человек – если чего-то добиваюсь, то не останавливаюсь, а хочу большего, несмотря на потенциальные трудности. В планах выходить на федеральный уровень, чтобы реализовывать себя, пока есть силы. Надо расширяться, продвигать бизнес – это возможно в любое время, даже в кризис, если подходить к делу с умом. Как у нас говорят: «Под лежачего стоматолога коньяк не течет». Так что нужно работать, смотреть вперед и не засиживаться на одном месте. Иначе тебя не только обгонят, но и затопчут – так работает бизнес.