Камчатка определяет свой путь. Новая стратегия развития региона, точки роста, перспективные отрасли для инвесторов в условиях мировых трендов на устойчивое развитие

В октябре в Санкт-Петербурге состоялась встреча генерального директора медиахолдинга «Регионы России», политолога Ольги Чернокоз с врио заместителя председателя правительства, министром экономического развития и торговли Камчатского края Юлией Морозовой и вице-спикером камчатского Заксобрания, президентом краевой Торгово-промышленной палаты Дмитрием Коростелевым. Представители дальневосточного региона рассказали о сложностях стратегического планирования, работе с инвесторами и влиянии экологической повестки на экономику.

В ходе создания Общественной платформы развития регионов именно Камчатский край первым попал в фокус зрения экспертов. Сегодня этот дальневосточный регион, вопреки имеющимся трудностям, одним из первых ощутил на себе смену стратегии, опорных точек развития территорий. Нам удалось узнать от непосредственных очевидцев и участников формирования экономической стратегии, каким будет путь развития Камчатки в условиях роста глобальной ответственности за сохранение окружающей среды, устойчивого развития и новых трендов в экономике.

План на 20 лет вперед

Одиннадцать лет назад Камчатский край принял Стратегию социально-экономического развития до 2030 года. Уже через три года начался процесс ее актуализации. В 2014 году вышел федеральный закон о стратегическом планировании, который во многом перестроил систему. На короткий период регионы воспряли духом и почувствовали, что их голос важен. На основе предложений и запроса «снизу» формировались позиции макрорегионов, которые постепенно выстраивали общефедеральную стратегию. Так продолжалось до июня 2016 года, пока всю систему стратегирования не перевернули: планирование стало идти «сверху».

Врио заместителя председателя правительства, министр экономического развития и торговли Камчатского края Юлия Морозова

В январе 2018 года Стратегия социально-экономического развития Камчатского края была актуализирована и утверждена правительством в действующей редакции. Сегодня регион приступил к разработке нового стратегического документа с учетом новых планов развития Арктики и Северного морского пути, стремительно растущего интереса к Камчатке потенциальных туристов, а также новых задач в области сохранения экологического баланса и обеспечения устойчивого развития региона. Много сил к этой важной для региона работе приложила Юлия Морозова, которая сегодня вместе с командой стратегов завершает эту работу.

– Юлия Сергеевна, расскажите, как идет работа над новой стратегией развития Камчатки?

Мы впервые пошлипо пути самостоятельного написания. Обычно стратегии кому-нибудь заказывают: не знаю никого, кто из регионов сам бы ее писал. У нас были помощники из РАНХиГС, но они только советовали, что нужно сделать: рассказывали про инструменты и шаблоны, объясняли, как все верно методологически организовать. Мы старались вовлечь всех в формирование нашего стратегического плана и во главу угла ставили задачу удовлетворения основных запросов населения и бизнеса. Можно сказать, что пошли по клиентоцентричному подходу и стали своего рода новаторами. 

Первым делом определили основные группы заинтересованных сторон – стейкхолдеров – бизнес, государство, население и т.д. По ним провели опрос с участием тысяч респондентов. И начали разрабатывать документ как ответ на выявленные основные запросы. Обычно стратегию разбивают на разделы по числу министерств, в котором каждое расписывает свою часть. Здесь же мы определили шесть направлений: экономическое развитие, комфортная среда, здоровье и долголетие, образование и развитие, экология и справедливое общество. Смогли вовлечь все органы власти и общественность, сделав их всех разработчиками. Отмечу: мы предполагаем, что и реализацию стратегии будет осуществлять не только правительство региона, но и все заинтересованные стороны.

Формирование нового стратегического документа близится к завершению. С большим трудом нам приходилось разрешать противоречия между обществом и бизнесом, другими интересантами. По итогу каждый заместитель председателя правительства перед губернатором публично защищал свою часть. За этим наблюдали разработчики, органы муниципальной власти, эксперты и общественники. На выходе мы получи нестандартную стратегию развития, не похожую на ту, что была ранее. Но зато документ, безусловно, будет рабочим.

– Что заставило Вас изменить важнейший стратегический документ региона, который относительно недавно был обновлен? Что именно изменилось в новой стратегии?

Казалось бы, три года прошло, немного, но некоторые вещи поменялись. Например, ранее одной из ключевых была горнорудная отрасль, которая активно развивается и стабильно приносит самый большой вклад в наполняемость регионального бюджета. Сейчас, по мере того, как «зеленая» повестка набирает обороты, мы уже не можем называть горнодобывающую промышленность опорной отраслью экономики края.

Мы стали менять акценты. Раньше не делали большую ставку на туризм, хотя понимали, что за ним будущее. Не рассчитывали, что отрасль начнет развиваться колоссальными темпами. Уже сейчас в среднесрочной перспективе рассматриваем туризм как ключевой источник экономической прибыли.

Изменился наш взгляд и на энергетику. Раньше считали, что на Камчатке изолированная энергосистема, которая самое большее – обеспечивает край. Сейчас появился проект, в который, откровенно говоря, не все верят. Речь о создании приливной электростанции (ПЭС) для экспорта водорода. Этот проект на уровне идеи существует со второй половины XX в., в 1970-е установленная мощность ПЭС оценивалась до 100 ГВт, что соответствует примерно 40% общей установленной мощности электростанции единой энергосистемы России. ПЭС – особый вид гидроэлектростанций, использующий энергию приливов. И на территории нашего края располагается Пенжинская губа Охотского моря, где самые высокие приливы, доходящие до 13,4 м. Это одно из самых перспективных мест в мире для строительства подобных электростанций. Если все получится, мы сможем генерировать огромное количество энергии и производить самый чистый «зеленый» водород, что особенно перспективно в условиях необходимости перехода к углеродной нейтральности. Мы смогли бы транспортировать водород в другие страны, по крайней мере, в государства Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР).

***

Вице-спикер камчатского Заксобрания, президент краевой Торгово-промышленной палаты Дмитрий Коростелев

В свою очередь, вице-спикер камчатского Заксобрания, президент краевой Торгово-промышленной палаты Дмитрий Коростелев также признает, что действующая стратегия развития Камчатки, к сожалению, утратила свою ценность и актуальность. В данный момент законодательные органы, общественные организации, ТПП Камчатки принимают активное участие в формировании нового стратплана.

– Дмитрий Анатольевич, что Вы думаете о разрабатываемой сейчас стратегии Камчатского края?

Может быть, стоит признать, что она не в полной мере отвечает методологическим подходам федерального Минэкономразвития, потому что не может быть уникальных рецептов для всей страны. Но она правильная по духу. С позиции Заксобрания утверждаю, она во многом делает попытку ответить на запросы наших земляков. Самым сложным при разработке этого стратплана было сбалансировать позиции сторон: бизнеса, населения, инвесторов, приходящих в регион извне, и самое главное – будущих поколений. Перед разработчиками стояла непростая задача определить, как изменятся поведенческие стереотипы через 15 лет. Действующая сегодня стратегия достигла необходимых эффектов и во многом исполнена, но когда мы ее актуализировали, определить пути развития объективно мешали несколько факторов.

В 2013–2014 гг. появились государственные программы, которые начали апробировать в регионах. Камчатский край глубоко зависим от решений федерального уровня в части дотаций. Поэтому здесь, конечно, в стратегировании требовалось понимание соотношения наших региональных планов с федеральными целями, позициями остальных субъектов России. Примерно в это же время – в декабре 2013 г. – президент Владимир Путин в ежегодном Послании Федеральному Собранию озвучил приоритет опережающего развития Дальнего Востока на весь XXI в. Глава государства призвал создавать особые налоговые зоны для развития экономики в дальневосточных регионах.

Преференциальные режимы: территория опережающего развития и свободный порт Владивосток во многом повлияли на ход актуализации стратегии. Добавлю, что и кадровый стандарт, который вышел в 2019 г., и наша «ахиллесова пята» – камчатская энергетика – тоже заставляли постоянно перестраиваться и менять план.

– Правильно понимаю, что Вы настаиваете на большей инициативе законодательной власти в стратегическом планировании региона?

Не будет открытием – большая часть регионов администрируют федеральную повестку: региональные законы часто принимаются по предметам ведения, которые уже обозначены в актах федерального уровня. Но мне кажется, не нужно подменять полномочия исполнительных органов при разработке и утверждении стратплана. Законодательство позволяет депутатам участвовать в планировании, по уставу Камчатского края губернатор отчитывается о своей работе перед парламентом. И обязательным условием здесь является предоставление депутатам сводного отчета о реализации госпрограмм и стратегии за год. Иначе говоря, камчатские законотворцы глубоко вовлечены в вопросы стратегирования.

Куда важнее вторая функция депутатского корпуса – представительная. Здесь все, что касается общественных пространств, стейкхолдеров, заинтересованных в развитии территорий. И тут депутаты должны влиять на правительство, не забывая отражать запросы населения, бизнеса, инвесторов, государства в целом. Мы обязаны сближать наши интересы на пользу территорий.

Возможно ли сотрудничество регионов?

Вице-спикер камчатского Заксобрания Дмитрий Коростелев согласился, что субъекты федерации в действительности размежевывает межрегиональная конкуренция. И если между собой регионы борются за привлечение инвесторов, то на верхнем уровне идет война за федеральное финансирование. Конкуренция проецируется на муниципалитеты, которые бьются с региональными администрациями, когда региональные правительства отстаивают свою позицию перед федералами.

– Дмитрий Анатольевич, что мешает регионам объединиться в решении общих задач?

Мы постоянно друг другу что-то доказываем. И не можем реализовать региональные масштабные проекты, потому что еще действует политика «приливов и отливов», когда какой-то проект начинаем и считаем его судьбоносно важным, а потом повестка меняется, и про него забывают. Хочется баланса интересов. Межрегиональная конкуренция была, есть и будет. Но должно быть общее национальное единство. И здесь особенно важен голос регионов.

Между регионами должна воцариться атмосфера сплоченности и доверия, тогда мы избежим этой презумпции виновности региональных госслужащих за все и вся, сможем говорить честно и открыто. Когда избавимся от чрезмерной иерархичности в подходах, тогда интеграция регионов России в общефедеральную повестку будет реальна, исходя из смысловых и жизненных интересов за судьбу Родины.

– Камчатка готова к сотрудничеству с регионами?

Я всячески приветствую любые инициативы по межрегиональному сотрудничеству. У Камчатки сложилось непростое наследство из нерешенных проблем, стоят новые задачи. Это требует кооперации с Заксобранием и региональными командами в целом, включая депутатов и представителей правительств других субъектов федерации.

– Какие отрасли хозяйства для Камчатского края опорные?

Тут три базовые отрасли – рыбохозяйственный комплекс, транспорт и логистика, туризм. Эти отрасли, по сути, формируют каркас будущей экономики. И в каждой из них у Камчатки есть свои конкурентные преимущества. Главное – дать им огранку, определить тактические шаги по реализации целей.

Тихий океан, Охотское море. Само расположение делает Камчатку с точки зрения рыболовства интересной не только для страны, но и глобального мира. Население растет, вместе с тем увеличивается и потребность в естественных источниках белка и жирных кислот. Поэтому в повестке «зеленой» экономики рациональное использование и воспроизводство биоресурсов должно быть одним из ключевых направлений.

Если смотреть на логистические возможности, насколько можно судить из планов правительства, профильных министерств, восточной точкой пути Северного морского транспортного коридора (Севморпути) будет Петропавловск-Камчатский. Мы находимся на кромке незамерзающих вод. Да и сама природа создала здесь такие условия, что не вызывает сомнений: именно тут должен осуществляться перегруз судов из портов Азии и Европы, тут должны формироваться логистические цепочки.


Что касается перспектив развития туризма, то Камчатка уникальна, таинственна. На территории края 300 вулканов, из которых 30 действующие. Здесь расположен самый высокий действующий вулкан Евразии – почти пятитысячник Ключевской. Есть всевозможные термальные и минеральные источники, удивляющие своими природными характеристиками.

***

Врио заместителя председателя правительства, министр экономического развития и торговли Камчатского края Юлия Морозова говорит, что сегодня самыми интересными для инвесторов отраслями остаются рыбное хозяйство и туризм.

– Куда активно вкладываются инвесторы?

В первую очередь это рыболовство, которое фактически обеспечивает половину всех внебюджетных инвестиций в Камчатку. Активно развивается туристическая отрасль. У нас есть множество мест, где термальные источники бьют из-под земли. Конечно, такая территория очень интересна инвесторам, где они строят коттеджи с бассейнами, наполненными термальной водой. И сегодня в крае большой выбор разного рода туристических баз, мини-отелей. Мы видим, как в разы вырос туристический поток. Понятно, что отрасль и дальше будет активно развиваться.

– А каких инвесторов ждут власти Камчатки?

Хотелось бы, чтобы инвесторы пришли в транспортно-логистический комплекс. Понятно, здесь дела обстоят сложнее, требуются значительные вложения. Инфраструктура тяжелая, не так быстро окупится, как какой-нибудь отель, покрывающий затраты за несколько туристических сезонов. Но инвестиции в транспорт на Камчатке очень перспективны. Пусть через годы, инвестору такие крупные проекты принесут огромные деньги. В некотором роде он получит монополию, и от него будут зависеть все остальные. Морские порты, склады, причалы, морской транспорт – все эти объекты инвестиций имеют большое будущее.

Может быть, за решением проблем морского сообщения мы восстановим и судоремонт. В СССР у нас были площадки, где ремонтировали не только местные судна, но и корабли соседних регионов. К сожалению, сейчас эта сфера практически полностью разрушена. Первые попытки исправить ситуацию появляются, однако нужен серьезный инвестор с большими вложениями.

– А как Вы относитесь к внедрению регионального инвестиционного стандарта?

Я не против стандартизации в целом, она должна быть, потому что Российская Федерация – один большой корабль, и мы идем одним курсом. Но у нас очень часто увлекаются процессами стандартизации. Что бы ни говорили, на Дальнем Востоке специфичные регионы. У нас огромная территория, очень низкая плотность населения. Можно долго рассказывать, какие мы особенные. Еще раз повторюсь, я не против введения рамочных правил, общих показателей, но все-таки я бы оставляла место региональной специфике, потому что все регионы к востоку от Урала действительно имеют ярко выраженные особенности.

– Что думаете о межрегиональном взаимодействии?

Межрегиональное взаимодействие – самая сложная тема. Я не представляю, что должно произойти, чтобы регионы стремительно начали реализацию совместных проектов. Убеждена, что в большинстве случаев мы – конкуренты. Например, с Сахалином на данный момент мы конкурируем за Севморпуть. Сейчас к этому добавится и наш энергетический проект с «зеленым» водородом. Здоровая конкуренция – это отличный стимул, но все же регионы чаще «сталкивают» показателями эффективности. И меняют ситуацию только какие-то узкие вопросы, когда возникает одна беда. Если бы KPI стимулировали к сотрудничеству, то вместе мы справились бы с задачами любой сложности.

Подготовила Ксения Ширяева