О поддержке и развитии станкостроения в России            

В Советском Союзе станкостроение было одной из наиболее развитых и передовых отраслей, а сама Россия, точнее РСФСР, в конце 80-х годов занимала первое место по объёмам производства станкоинструментальной продукции среди советских республик. В 90-е эта отрасль пережила тяжелейший кризис, и тем, кто сейчас её активно развивает, приходилось восстанавливать многое практически из руин. Одним из таких амбассадоров производства является Ассоциация «Станкоинструмент». Её офис располагается в бывшем здании Министерства станкостроительной и инструментальной промышленности СССР – так символически сохраняется преемственность отечественного станкостроения. И сейчас оно совсем не символически развивается – увеличивается количество предприятий отрасли, объёмы производства и продаж, российские станки, пресса и инструмент поставляются за границу. Однако это лишь начало пути, на котором промышленников ждёт много препятствий – к сожалению, продиктованных как объективными факторами, так и существующей экономической политикой.

О том, каких успехов уже удалось достичь российскому станкостроению, чего опасаются и на что надеются производственники этой сферы, рассказал член Генерального Совета Партии Дела, президент Ассоциации «Станкоинструмент», заслуженный машиностроитель России Георгий Самодуров.

– Георгий Васильевич, в конце 2020 года вы «предсказывали» отрасли станкостроения рост выпуска продукции ориентировочно на 5-6%. Сохраняете ли вы этот оптимизм по прошествии первого месяца 2021 года?

– Хотелось бы вначале сказать несколько слов о том, как мы закончили 2020 год. Несмотря на пандемию, международные санкции и последовавшие за этим финансовые сложности, предприятия Ассоциации имеют более-менее успешные показатели. По производству станков показатель составил 107,7% по сравнению с 2019 годом, станков с числовым программным управлением – 106,3%, кузнечно-прессовых и литейных машин – 106%. Снизилось производство инструментального комплекса, а это в целом 34 завода, и составило 96,3%. Конечно, это общие показатели. Есть заводы, у которых показатели производства выше среднеотраслевых, есть обратная ситуация, но в целом нужно отдать должное коллективам предприятий: несмотря на объективные сложности, они смогли их с честью преодолеть. Что же касается 2021 года, то мы сохранили свои позитивные ожидания, которые основаны не на простом оптимизме, а на принятых в прошлом году мерах государственной поддержки. Разумеется, многое зависит в том числе и от того, как они будут реализовываться, поэтому мы со своей стороны будем пристально мониторить их претворение в жизнь. Ведь красота документа – ничто, если он не работает на практике. Любое Постановление или Распоряжение Правительства, другие нормативно-правовые акты и мероприятия ценны тогда, когда они способствуют улучшению работы заводов и организаций, когда в цехах предприятий выпускается качественная и современная продукция, которая находит своего потребителя. Ярким примером этому является программа 1432, которую предложила команда лидера Партии Дела Константина Бабкина – ход её реализации внимательно отслеживает возглавляемая им Ассоциации «Росспецмаш». Именно в этом главная цель и смысл продвигаемых мер.

– Тем не менее, насколько можно судить, на ситуацию на рынке станкоинструментального оборудования влияет атмосфера в металлургической отрасли. В конце прошлого года вы отправляли письмо премьер-министру Михаилу Мишустину с предложением о введении квоты на поставку лома черных металлов на экспорт. Через некоторое время стало известно, что Правительство ввело таможенные пошлины на вывоз металлургической продукции. Каких последствий вы ожидаете как для станкостроительной (очевидно, положительных), так и для металлургической отрасли?

– Входящие в Ассоциацию предприятия выразили озабоченность тем, что в третьем-четвертом кварталах 2020 года произошел существенный рост цен на продукцию металлургической отрасли. Данная ситуация характерна не только для предприятий станкоинструментальной отрасли, но и всех предприятий других отраслей. Именно поэтому было подписано совместное обращение крупных промышленных ассоциаций, объединяющих предприятия автомобилестроения, сельхозмашиностроения и дорожного машиностроения, станкостроения, производителей авиационных двигателей и подшипниковой отрасли. Хочу отметить, что когда мы обращались к председателю Правительства РФ, то особенно подчёркивали, что только повышение пошлин в условиях повышенного спроса на металлургическую продукцию (сейчас он высок в Европе, Юго-Восточной Азии, Турции) вкупе с изменениями стоимости доллара к желаемому результату не приведет, так как  металлургический экспорт в силу внешней конъюнктуры стал исключительно выгодным. Поэтому установление пошлин не особо влияет на снижение цены внутри страны. Для того, чтобы они снизились, необходимо насытить внутренний рынок, что затруднено в условиях большого вывоза за рубеж. Мы считаем, что помимо пошлин нужно вводить квоты на экспорт и устанавливать предельную наценку. У нас сегодня 7-8 крупнейших металлургических компаний контролируют практически полностью весь рынок. Такая централизация приводит к перекосу в сторону более выгодного экспорта, поэтому введение квот необходимо для стабилизации внутреннего рынка.

Неадекватна ситуация, при которой листовой, сортовой прокат или другая продукция в регионах дорожает на 50-60%. А есть регионы, где стоимость поднимается на 80% от первоначальной цены за полгода. Это приводит к самому настоящему коллапсу и остановке предприятий. Мы предложили Минэкономразвития РФ с отраслевыми ассоциациями отслеживать эту динамику и более оперативно на неё реагировать, а не тогда, когда цены уже выросли. Причём отмечу, что ни электроэнергия, ни тарифы железнодорожных перевозок, ни налоговые отчисления, ни заработная плата не выросли так резко, как конечная продукция металлургии. Почему же в этой отрасли так вышло? Ответ один – потому что изменилась внешняя конъюнктура, как сказал Президент РФ В.В. Путин, появилась за счет этого возможность получать сверхприбыль…

– Другой длящийся с конца прошлого года «экспортный» вопрос – это введение квот на вывоз зерна. По словам Правительства, эта мера поможет снизить цены на внутреннем рынке, в том числе и на хлеб. Многие эксперты в сельхозотрасли предрекают не снижение, а рост цен на зерно на внутреннем рынке: во-первых, сельхозпроизводители попытаются компенсировать за его счёт потери на рынке внешнем, а во-вторых, внутренние цены в любом случае будут «тянуться» за мировыми. Против повышения экспортных пошлин выступила и Партия Дела. Не опасаетесь ли вы похожей ситуации на металлургическом рынке?

– Я уже сказал выше, что в металлургии высока централизация, из-за чего она вплотную подошла уже к отраслям естественных монополий по отдельным позициям. Металлурги за счет экспорта получают сверхприбыли. Из-за роста спроса в странах Европы, Юго-Восточной Азии и Турции. И это хорошо. Пусть они используют ситуацию с конъюнктурой цен на внешних рынках для решения своих внутренних отраслевых проблем. Но эта ситуация не должна автоматически распространяться на внутренний рынок. Есть набор экономических механизмов, не позволяющих это делать. А металлурги как раз искусственным образом и «подтянули» цены на внутреннем рынке вслед внешней конъюнктуре. Ещё раз подчеркну: речь идёт не об убытках – о  сверхприбыли за счет внешнего рынка, а не о разорении большого числа производителей (как в сельском хозяйстве) в условиях перенасыщенного внутреннего рынка, что автоматически делает экспорт их основным источником дохода. К тому же если мы проследим цепочку изготовления хлебобулочных изделий, то мы увидим, что большая часть этого дохода на самом деле идёт вовсе не фермеру – изготовителю зерна, а перекупщикам и оптовым поставщикам. Так что сам фермер за счёт экспорта лишь немного улучшает своё положение. Именно поэтому и устанавливается предельный размер именно наценок.

– В чём сегодня больше всего нуждаются производители станков и оборудования? Вы много говорили о том, как меры Правительства помогают отрасли, но каких объективных экономических факторов опасаются производители? Что может помешать развитию отрасли в последующие годы и как этого можно избежать? Также поясните, насколько региональные власти «поспевают» за федеральными. Существуют ли в регионах какие-то местные программы и меры поддержки своих отраслевых предприятий?

– В прошлом году был принят целый комплекс мер по развитию внутреннего рынка потребления продукции отрасли. Сегодня его объём составляет около 90 млрд рублей, из которых 30 млрд – это отечественные поставщики, остальное – импорт. Поэтому одна из главных задач заключается в развитии внутреннего рынка потребления. Следующий момент – работа с платежеспособностью заказчиков, потому что, к сожалению, многие из них очень запаздывают с платежами. Мы готовим ряд предложений в этом направлении. Большая проблема связана с вопросом научного обеспечения деятельности предприятий отрасли. Реализация НИОКР и их поддержка также необходима. Конечно, очень волнует и тревожит выделение необходимого финансирования на реализацию мер поддержки.

Что касается регионов, то у Ассоциации подписаны 30 соглашений о взаимодействии с региональными правительствами и губернаторами. Мы в рамках этих соглашений обмениваемся информацией, предлагаем различные варианты мер поддержки предприятий. И, нужно отметить, практически у всех регионов есть такие меры. Это, в первую очередь, предоставление льгот по налогам на имущество, землю, прибыль в части региональных бюджетов. Также хорошо развита форма выделения финансирования из региональных фондов развития промышленности. В регионах составляются перечни системообразующих предприятий, для которых тоже предусмотрены меры поддержки. Такие механизмы есть практически у всех регионов, с которыми у Ассоциации заключены соглашения.

– В связи с предыдущим возникает вопрос о задачах Ассоциации на 2021 год. В недавнем своём интервью вы говорили, что вашими усилиями были приняты пять правительственных постановлений по поддержке отрасли. Каков ваш план на следующий год?

– Как я уже упоминал, мы будем уделять внимание реализации принятых в прошлом году постановлений Правительства, которые вводят ограничения для предприятий ВПК на закупку зарубежного оборудования при наличии российского аналога, регламентируют предоставление скидок в цене продукции для заказчика, установление квот на закупку отечественной продукции с 1 января 2021 года, а также утверждённой стратегией развития станкостроительной отрасли. Что касается новых мер, то могу сообщить о том, что более полугода мы формировали принципиальное решение по началу двухсторонней интеграции с целью создания надежного финансового партнера и оператора для всех членов Ассоциации. Мы 20 февраля подписали соответствующий протокол и в ближайшее время объявим свои действия в этом направлении.

Подготовлен также комплекс мер по внутриотраслевой энергетической стратегии, дающей предприятиям определенные преференции в вопросах тарифной политики по электроэнергии. Серьезное внимание в 2021 году будет уделено вопросам цифровизации отрасли и предприятий. Мы установили тесные контакты с Министерством цифрового развития и надеемся на положительный результат. Есть и другие меры, которые мы будем реализовывать в этом году

– Расскажите, как обстоят дела с экспортом станкоинструментального оборудования? Существует ли он в значительном количестве и в каких странах востребованы российские станки?

– За 2020 год на экспорт поставлено 712 единиц станков в 48 стран мира, причём есть поставки и в Европу – Германию, Италию, Францию. Есть поставки и в США – причём в Америку мы поставляем примерно столько же, сколько и импортируем оттуда. Есть поставки в Южную Корею, Японию, Китай. Причем поставляются электроэрозионные, электрохимические, электронно-цифровые станки, обрабатывающие центры, расточное и фрезерное оборудование, гибочное и раскройное оборудование и другое. Мы не уступаем по техническому уровню зарубежным производителям, однако часто проигрываем свой внутренний рынок по условиям поставки. Иностранцы могут импортировать оборудование под 15-20% авансового платежа и дают рассрочку на 5-7 лет под 2%. К сожалению, у нас такие механизмы невозможны в том числе и потому, что у нас не развита политика протекционизма, о которой говорит Партия Дела. И не только она – финансовые механизмы поддержки производства оставляют желать лучшего. Станкостроительная продукция имеет длительный цикл производства – от 6 до 12 месяцев. Собственных оборотных средств предприятиям не хватает, поэтому приходится брать заёмные кредитные ресурсы, которые в нашей стране необычайно дороги. Об этом тоже говорит Партия Дела, и говорит верно, ведь наши станки зарубежным ни в чём не уступают, однако проводимая экономическая политика буквально тормозит их производство.

– В недавнем интервью ИА REGNUM вы подробно рассказали о вашем профессиональном пути от мастера до генерального директора предприятия и о том, как вы работали в Ассоциации. Позвольте задать вам личный вопрос: а что для вас является самым главным помимо любимого дела? В чём помимо него вы видите цель и смысл своей жизни?

– То, что мне помогает и вдохновляет, – это увлечение книгами. Я со студенческих времён собирал библиотеку – тогда, в советское время, купить книги было непросто. Можно было получить талончик на подписку книг и журналов за 20 килограмм собранной макулатуры, так что приходилось изрядно потрудиться, чтобы добыть то или иное издание. Если говорить об активном отдыхе, то очень люблю бывать на рыбалке, проводить время с семьёй, заниматься с внуком конструированием. Именно семья, дети – чем старше становишься, тем отчетливей понимаешь, что это придаёт твоей жизни смысл и опору для того, чтобы заниматься профессиональным делом. Передача своего опыта – главное для них и для тебя.



http://mirziamov.ru