Сиэтл°
69.24
Евро
58.45
Доллар

Ольга Чернокоз: Сильные регионы – сильный центр

В стране всё более энергично разворачивается избирательная кампания: впереди - выборы в ряде регионов, федеральные выборы в Государственную Думу, а там, глядишь, и 2018 год наступит, как обычно, незаметно,  и надо будет выбирать Президента России.

Колонка главного редактора Комментировать

15.03.16

В стране всё более энергично разворачивается избирательная кампания: впереди - выборы в ряде регионов, федеральные выборы в Государственную Думу, а там, глядишь, и 2018 год наступит, как обычно, незаметно,  и надо будет выбирать Президента России.

А, между тем, судя по всему, электоральная база в стране на грани крутых перемен, связанных кризисом. Речь, в первую очередь, идёт о том, что социолог Наталья Зубаревич назвала «второй Россией», - малые и средние города, в том числе и индустриальные или, другими словами, моногорода. Города, в которых живут от 20 до 500 тысяч человек. Формально это четверть населения страны, но в реальности гораздо больше, так как большая часть «первой России» (города от 500 тысяч жителей) ментально тоже «вторая Россия».


В той же Москве большинство «среднего класса», интеллигентов всех профилей и всех политических взглядов, скажет, что американцы - сволочи, царизм был ужасен, а Сталин – это «золотой век» Державы

В той же Москве большинство «среднего класса», интеллигентов всех профилей и всех политических взглядов, скажет, что американцы - сволочи, царизм был ужасен, а Сталин – это «золотой век» Державы. А это чистой воды «вторая Россия», надёжда и опора нынешней власти. Так что численность населения «второй России» правильнее было бы определять как минимум в 50% избирателей.

«Вторую Россию» кризис накрыл сильнее всего, а дальнейшее развитие кризисных явлений поставит её на грань тотального бедствия, и власть предложить ей пока ничего не может.

По глубинным смыслам «второй России» можно предложить только одну идеологию – социальную справедливость или, говоря иначе, современную модель социального государства. Это не виртуальные свобода и демократия, которые в массовом сознании накрепко связаны с беспределом 90-х, и не Советский Союз, и не тем более царская Россия.

Это новые идеи и новые смыслы общественного развития и, если всё это объединить в единую программу и предложить её избирателям – это значит привлечь голоса «второй России». Которая, в конечном итоге, и решит не только судьбу голосования на будущих выборах, но и многолетний вектор развития страны.

Вот только, кто возьмётся за это, совершенно не понятно. Пока же существующие политические партии бегут от постановки насущнейших проблем, так куда спокойней.


В настоящий момент у Президента России Владимира Путина всё очевиднее видна линия на создание новой конфигурации политической и экономической системы

В настоящий момент у Президента России Владимира Путина всё очевиднее видна линия на создание новой конфигурации политической и экономической системы - это факт. И здесь изучение регионального опыта борьбы с последствиями экономического спада могло бы иметь особое значение. А, учитывая беспрецедентный характер кризиса, как мне представляется, государство заинтересовано в том, чтобы те новые идеи, которые обсуждались и которые уже опробованы в субъектах Федерации, воплощались в жизнь и на других территориях.

Сегодня чрезвычайно важно разработать те механизмы, которые обеспечат скоординированную работу различных уровней власти. Это не значит, что сейчас нет вообще каких-либо механизмов, но любые механизмы всегда ориентированы на тот или иной строй отношений, на ту или иную политическую конъюнктуру.


Глава государства, как мне представляется, ждет от регионов предложений по трансформации существующей политической и экономической системы

Здесь стоит отметить, что существующие механизмы взаимодействия федерального центра и субъектов РФ в основном сориентированы до сих пор на спокойное течение жизни, а в период кризиса политическая система неизбежно будет трансформироваться, и глава государства, как мне представляется, ждет от регионов предложений по трансформации существующей политической и экономической системы.

Поэтому, по логике, уже в 2016 году должен начаться процесс «ослабления гаек» – выстраивания на подготовленной правовой почве полноценной политической системы и постепенный отход от жесткой «вертикали власти». Однако, как может кому-то показаться, этот процесс неоправданно затянулся, потому, что некоторое время назад денег в стране было достаточно и особой инициативы от регионов не требовалось - региональные лидеры выступали как наемные менеджеры, распределяя с разной степенью эффективности федеральные деньги. Грянувший кризис лишь подтолкнул то, что должно было произойти, на мой взгляд, значительно раньше – необходимость возвращения к региональной инициативе, а значит, и новой региональной политике.

И в том, что это случится позже, чем, как представляется, нужно, – не вина регионов, это так работала и пока работает система, в которой федеральный центр взвалил на себя огромное количество обязательств, а инициатива снизу особенно не поощрялась.

 Политическая система – это развивающийся, саморегулирующийся организм, гибко реагирующий на внешние импульсы и состоящий из целого комплекса компонентов и подсистем. Это не простая сумма разнообразных институтов и учреждений власти, а целостное образование, имеющее упорядоченную внутреннюю структуру и выполняющее соответствующие функции. Такой системы в России пока не создано.

К сожалению, до сих пор нынешняя политическая система пока находится в ситуации ручного управления сверху вниз. При том, что актуальная задача на данный момент – создать разновекторные уровни управления, которые контролировали бы друг друга, влияли друг на друга без непосредственного вмешательства федерального центра. Для того чтобы управлять государством, не нужно всё контролировать сверху до низу, достаточно создать механизмы внутреннего контроля.

Например, новый закон о повышении роли представительных органов власти субъектов РФ – возможный пример того, как можно создать такой саморегулируемый контроль.  

Ещё. Разговор о национальной идее давно назрел. По крайней мере, дух этой дискуссии витает в воздухе. И предстоящие в сентябре выборы тоже будут подпитывать спрос на национальную идею, по крайней мере, заставлять задуматься о том, что нас всех объединяет или, наоборот, разъединяет.

Конечно, патриотизм, а именно так подали слова президента СМИ – это не национальная идея. Хотя бы просто потому, что патриотизм – это ценность, которую разделяет любой нормальный человек. Это, кстати, означает, что и любые соревнования на приз «кто лучший патриот» не имеют смысла. Все люди любят свою Родину и желают ей добра, просто по-разному видят пути ее развития и схемы управления государством. И даже те, кто от отчаяния пренебрежительно говорит о России, действительно, хочет жить в сильной, успешной и уважаемой другими стране.

Но на самом деле, дело-то не в патриотизме, Владимир Путин говорил о другом. Да, государство должно быть сильнее, но дело не в абстрактной территории. Страна - это, прежде всего, люди, которые должны жить лучше, а, значит, все должны быть эффективнее. И это перекликается с давними ответами президента про национальную идею - с темой «сбережения народа» и с темой «конкурентоспособности».

Национальная идея в ее классическом понимании - это то, что пронизывает жизнь каждого человека, определяет его поступки и движет его к определенной очень конкретной цели, имеющей хоть какие-то очертания.

 Ольга Чернокоз,

политолог, генеральный директор медиа-холдинга «Регионы России»

  • В СТРАНЕ СНОВА ЗАГОВОРИЛИ О ПОВЫШЕНИИ НАЛОГОВ ДЛЯ БИЗНЕСА. ЧТО ВЫ ОБ ЭТОМ ДУМАЕТЕ?

    Всего проголосовало: 5

    Смотреть все опросы
  • Вы за или против того, чтобы отправить премьера Медведева в отставку?

    Всего проголосовало: 0

    Смотреть все опросы
Комментарии
Все комментарии проходят премодерацию. К публикации не допускаются комментарии, содержащие мат, оскорбления, ссылки на другие ресурсы, а также имеющие признаки нарушения законодательства РФ. Премодерация может занимать от нескольких минут до одних суток. Решение публиковать или не публиковать комментарии принимает редакция.